— Встречалась со знакомым — я едва не говорю «со знакомой», едва не называю имя — Сапфир. — С Флинтом. — И от этого имени тело пронзает боль. — Проходила мимо по пути к автобусу. Я живу в Лейквуде. — Боль в ладонях разрывает меня.
— Не следовало бы вам здесь гулять, — строго говорит Флэк. — Это опасный район. Вы молодая девушка, одна. Ходячая цель, — он осуждающе смотрит на меня. — Учитесь в школе?
— В девятом классе старшей школы имени Джорджа Вашингтона Карвера.
Слова, слетающие с моих губ, кажутся мне такими смешными. Словно произношу их вовсе не я. Мой взгляд падает на клочок ваты на нагрудном кармане Флэка. Этот клочок мучает меня, разрывает все клеточки моего тела — ему там совершенно не место, — требует, чтобы я его сняла, чтобы форменная куртка стала чистой. Так точно будет лучше.
Моя правая рука поднимается, чтобы снять клочок ваты, но Флэк перехватывает мою руку, и я не могу. Не дотягиваюсь до него. Раздражение распирает грудь, передается в руки. Я вскрикиваю, меня начинает трясти. Клочок ваты на прежнем месте. Его надо убрать.
— Тихо, тихо, — мягко говорит он, медленно ослабляя хватку, отпускает мою руку, которая падает плетью. Пытается встретиться со мной взглядом. Я смотрю на шнурки моих кедов: шесть иксов. Они меня немного успокаивают. — Я знаю, вы испытали шок, но мне нужно, чтобы вы попытались сохранить спокойствие.
— Я просто… хотела это поправить, — пытаюсь объяснить я. — Я не смогла… ему там не место… я не смогла поправить.
С его губ слетает короткий, напряженный смешок, он сам снимает с куртки клочок ваты и держит в руке, словно это оружие, которое он собирается бросить, но сначала хочет убедиться, что этим не причинит мне вреда. Когда Флэк разжимает пальцы, клочок ваты кружится в воздухе и падает в темноту.
— Давайте вести себя спокойнее, хорошо? — обращается Флэк ко мне. — Никаких резких движений.
— И руки держи так, чтобы они все время были у нас на виду, — добавляет Менкен. Она чуть склоняет голову, прищуривается. — Странно, что ты оказалась здесь, у железнодорожных рельсов. Если бы я пыталась найти автобусную остановку, то едва ли пришла бы сюда.
— Я заблудилась. — Меня вновь начинает трясти. Я одергиваю свою куртку. — Не знала, куда иду.
В этот момент дверь в дом Марио открывается. Фельдшеры медленно спускаются по ступенькам. Несут носилки, которые теперь явно тяжелее. Потому что на них тело. Накрытое белой простыней. Кровь отливает у меня от головы в ноги. Все кажется нереальным.
Флэк одной рукой обнимает меня за плечи и ведет к полицейской машине.
— Я попрошу кого-нибудь отвезти тебя домой. Твои родители, наверное, переволновались. Я позволю себе предположить, что ты опаздываешь к обеду на два часа и не позвонила им. У меня двое детей твоего возраста, и, поверь мне, если б я застукал их гуляющими здесь в одиночку, в этой части города, то в течение целого года они проводили бы свободное от учебы время дома.
Я почти говорю ему. Почти делаю признание: «Меня никто не ищет». Вместо этого шепчу: «Хорошо». Еще глубже засовываю руки в карманы. Я оборачиваюсь, смотрю на Менкен, которая переминается с ноги на ногу в высоких черных ботинках. Она смотрит на меня, оскалившись.
— Ах да, — он убирает руку с моих плеч, лезет в карман накрахмаленной белоснежной форменной рубашки и протягивает мне белую визитную карточку: «Лейтенант Лейф М. Флэк. Управление полиции Кливленда». — Обязательно свяжись со мной, если вспомнишь что-то еще. То, что сейчас выпало из памяти. То, что может помочь расследованию. И дай мне свои координаты, хорошо? Имени, фамилии и номера мобильника хватит. — Он протягивает мне блокнот, втягивает голову в плечи, повыше застегивает молнию куртки. — Здесь сегодня холодновато.
«Пенелопа Марин», — пишу я. Скриплю зубами, но не могу остановиться и не написать еще раз: «Пенелопа Марин». И еще: «Пенелопа Марин».
— Одного раза достаточно, — в его голосе слышится настороженность.
Я прикусываю кончик языка три раза, и мне удается написать номер мобильника только единожды.
В сверкании мигалок приезжают новые копы, Все переливается красно-белым. Я закрываю глаза. Болит голова.
— Эй, Флэк! — Это Менкен, зовет его с крыльца. — Подойди на секундочку, а?
— Держись, хорошо? Сейчас я найду патрульного, который отвезет тебя домой. Вернусь через секунду. — Флэк бежит к Менкен, и оба уходят в дом. Как только дверь закрывается, я тук тук тук, ку-ку, не жду обещанной машины — не могу ждать — и быстро иду по улице Евклида в обратном направлении, зарывшись лицом в куртку, ощущая полнейшую беспомощность.
Очевидно, охранник не мог убить Марио. Марио что-то знал, и кто-то убрал его, чтобы он никому ничего не сказал. Он солгал мне по веской причине: или знал то, что знать не следовало, или приобрел вещи, которые не должны были к нему попасть. Никакое это не совпадение. Марио вляпался в эту историю, как вляпался в нее охранник, и теперь оба они выведены из игры.
Я тоже вляпалась в нее.
Я застегиваю молнию до самого подбородка, достаю из кармана мобильник. Половина двенадцатого.
