Кейти вернулась в свою спальню и долго стояла у окна. Она никогда в жизни не страдала так от одиночества. Она была сейчас более одинока, чем перед появлением Тома Блейна, когда мама работала каждый день и она приходила из школы в пустую квартиру. Более одинока, чем в первую неделю в детском лагере, пока у неё не было ни одной подруги. Более одинока, чем в ту полузабытую ночь в больнице, когда ей удаляли гланды. Сегодня одиночество было совсем иного рода. Никто, кроме неё, не верил в опасность, угрожавшую этому дому, – ведь всё дело в проседающих горных породах, если верить миссис Трелони, или в стукалках, если права бабуля. Ей никто не верил, кроме – и тут её осенило! – кроме призрака девочки из зеркала! Так вот о чём она хотела рассказать! Кейти была уверена, что так оно и есть.
Та девочка пыталась предупредить Блейнов и дядю Фрэнка. Но её никто не слышал, кроме Кейти.
В последующие ночи Кейти заставляла себя ждать как минимум час после того, как все расходились спать. Дождавшись полной тишины, она на цыпочках кралась по коридору и смотрела в зеркало несколько долгих леденящих минут. Но призрак так и не вернулся, да и Кейти больше не ощущала близости надвигавшейся опасности.
– Куда это твой братец запропал? – поинтересовалась Джоан, когда они с Кейти направлялись в крошечную городскую библиотеку Новой Шахты. – Уже который день его не видно у Скипа.
– Он всё ещё наказан, – объяснила Кейти. – Красит окна и чинит ступеньки на заднем крыльце, но по большей части торчит у себя в комнате.
– Вот уж бесится, наверное.
– Он с нами не разговаривает, – призналась Кейти. – Только сердито смотрит и молчит.
– Ну, может, оно и к лучшему, что он сидит дома, – заметила Джоан. – Вчера шериф опять к Полдинам приходил.
– А что случилось? – Кейти почувствовала неприятный холод в желудке.
– Эд говорит, что кто-то разбил в школе окно и испачкал стену краской. И взломали ещё один летний домик. Соседи услышали мотоцикл – вот и подумали на Скипа. Хотя в Новой Шахте полно мотоциклов, но чуть что – всегда вспоминают про Скипа, – и она вдруг задорно улыбнулась. – Бабуля твердит, что вовсе это не Скип, а стукалки. Дескать, они ищут способ выбраться из шахты, может, даже по старым туннелям, и что они натворят бед. Она боится, что они вылезают наверх каждую ночь…
– А на кого похожи эти стукалки? – спросила Кейти. Ей совсем не хотелось думать про Скипа Полдина.
– Ну, стало быть, – Джоан изобразила корнуоллский акцент своей бабули, – росточком с метр, не выше, и башка у них здоровенная, а глазища так и горят, и пасть от уха до уха. Они могут так меняться, что ежли ты подойдёшь к ним поближе, улетят облаком дыма… Эй, у меня идея! – Джоан забыла про акцент. – До шестнадцатого – это годовщина обвала – осталось три дня. Давай сходим в шахту и посмотрим, что там творится.
– Ты же не веришь в стукалок! – фыркнула Кейти.
– Но ты-то веришь!
– Ну и что?
– Давай всё равно сходим. До годовщины. Завтра ночью. Давай, Кейти!
– Ну ладно. – Кейти нервно рассмеялась. – Только ночью не получится – мама не пустит. Ближе к вечеру. Ты не против, если я позову с нами Джея?
– Да он не захочет, – сказала Джоан. – И ты же вроде сказала, что он наказан?
– Сегодня последний день его заточения. И я подумала, что пусть лучше он пойдёт в шахту с нами, чем…
– Чем болтаться со стариной Скипом, – закончила Джоан. – Валяй, я не против.
Однако, как и предвидела Джоан, Джея не заинтересовал поход в старую шахту.
– У меня другие планы, – сказал он сестре.
– Например?
– Это никого не касается.
– Джоан сказала, что шериф снова приходил к Полдинам домой. – У Кейти не очень-то получился небрежный тон.
– И что с того? Скип говорит, что Хесбрук вечно всё валит на него, что бы ни случилось. Он байки на дух не выносит, в этом всё дело.
– Но Скип уже попадался…
– Слушай, Кейти, – перебил её Джей, – ты хочешь как лучше, но ты неверно судишь о Скипе. Он вовсе не плохой… А мне нужен друг – только почему-то всем на это наплевать!
У Кейти разгорелись щёки. В сотый раз она выругала себя за мягкотелость. Хватит уже переживать из-за Джея – пусть делает, что хочет!
Весь остаток дня она не обращала на брата внимания и занималась уборкой в библиотеке. Это было довольно скучно, если не считать неожиданного визита дяди Фрэнка ближе к концу дня.
– Здесь стало уютнее, – заметил он. – Мама у тебя справная. Да и ты тоже не ленишься.
Кейти улыбнулась, стараясь не выдать удивления.
– Я люблю вытирать пыль с книжек, – сказала она. – Трудность в том, что я при этом больше читаю, чем убираю.
Дядя Фрэнк снял с полки книгу и тут же вернул на место. У него явно что-то было на уме.
– Этот ваш парень, – начал он, – он не такой уж плохой. Хотя поначалу-то был с гонором. Да, нос-то задирал, будь здоров. Но я к нему присмотрелся и увидел, что он ровно как я – в давние годы. Он остался без папы, и всё ещё не справился с этим. Вот и я так же себя вёл, когда без родных остался. Я был совсем один и жутко боялся. Никому такого не пожелаешь – злоба на весь свет, только и ищешь, кого бы укусить.
