– Вот именно, – кивнул Том. – Поэтому нам надо набраться храбрости и сказать правду твоей маме, твоей бабушке и кому там еще. Даже если после этого будут небольшие неприятности. По сравнению с тем, что сейчас приходится терпеть Эмилии, это мелочи.
– К тому же твоя бабушка все равно сразу поймет, что мы ее обманули, – добавила Паули, и Том ее поддержал.
– Почему? – удивилась Кира, да и я тоже не понимал, почему Том и Паули так уверенно это сказали.
– Как почему? – насмешливо спросил Том. – Какой это текст мы должны репетировать все вместе? Ты что, забыла? Ведь я отвечаю за декорации, а Паули – за костюмы. Нам не надо учить никакие тексты. И петь мы тоже не должны. Тогда зачем нам надо было приходить к тебе вечером, для каких совместных репетиций?
Кира вздохнула.
– Ну ладно, пожалуй, вы правы. – Она вздохнула еще раз и повернула назад. Еще один вздох – и она нажала на ручку двери и вошла в гостиную. Была не была! Мы пошли за Кирой.
Бабушка уже сидела за роялем и с интересом глядела на нас:
– Где же ноты? И текст?
– Ну, в общем-то… – начала Кира. – Бабушка, я должна рассказать тебе ужасную историю…
– И запомните самое главное, – сказала Кира, когда мы пришли на свалку металлолома, – мы должны держаться как можно незаметнее. Это очень важно.
Кажется, она решила пошутить. Не заметить нас было просто невозможно. Трое подростков, одна из них девочка-панк с торчащими во все стороны черными волосами, пожилая дама, блестевшая словно рождественская елка, да еще с высокой башней из волос. И в придачу к ним четыре кошки – белая, черная, а также толстая тигрового окраса и облезлая палевая. В самую последнюю минуту Спайк и Чупс решили присоединиться к нашей группе. Короче – я даже не мог и представить, что больше бросалось бы в глаза, чем наша пестрая компания. Да еще на свалке металлолома – не самом естественном месте обитания детей, кошек и бабушек.
Кстати о бабушках: поразительно, но бабушка не упала в обморок, когда Кира рассказала ей о похищении. Фрау Хагедорн, матери Вернера, потребовалось бы минимум пять рюмочек яичного ликера, чтобы прийти в себя и переварить эту новость. А бабушка лишь высоко подняла брови и сказала: «Хорррошо, тогда я сделаю пельмени потом, а сейчас помогу вам ловить пррреступника!»
Кстати, у меня одна только мысль о погоне за преступником вызывала внутреннюю дрожь. Святые сардины в масле – надеюсь, что наша операция провалится не сразу! Если похититель заметит, что мы напали на его след… ой-ой, мне даже думать не хотелось о том, что тогда произойдет! При мысли об этом у меня даже кончики усов закручивались штопором!
– Эй, Уинстон, все в порядке? – Кажется, Одетта заметила, что я уже не уверен в успехе нашего плана. В нем предполагалось, что мы будем все вместе разгуливать по свалке железного хлама, зорко глядя по сторонам и навострив уши, а потом обменяемся своими наблюдениями. Если кто-нибудь заметит что-то подозрительное – мы проверим это еще раз. Все бы ничего – если бы мы сами не были такими ужасно заметными!
– Да-да, все нормально! Просто я думаю, что будет, если похититель заметит НАС раньше, чем мы ЕГО. Ведь наше преимущество по сравнению с полицией было именно в том, что мы могли вести поиски гораздо незаметнее – но теперь нас слишком много. К тому же бабушку трудно не заметить – ее и слепой увидит.
– Не волнуйся, Уинстон! Конечно, бабушка действительно выглядит непривычно, да и ребята ведут себя слишком шумно, совсем не как секретные агенты. Но ты взгляни на ситуацию по-другому: чем больше наши двуногие друзья отвлекают на себя преступника, тем легче нам, кошкам, самим все разведать.
Я на минуту задумался.
– Пожалуй, это логично. Сумасшедшая бабушка – превосходная маскировка. Если теперь еще Спайк и Чупс будут вести себя поактивнее, то, возможно, мы в самом деле нападем на след похитителя. И этот успех позволит нам и дальше называть себя «четыре мяушкетера».
Одетта мурлыкнула:
– Правильно! Только насчет мяушкетеров у меня есть одно замечание.
– Да? Какое?
– Видишь ли, дело в том, что на самом деле они называются по-другому.
– Ну это и понятно. Вряд ли Уинстон, Одетта, Спайк и Чупс неподходящие имена для мяушкетеров – ведь те были рыцарями, или солдатами, или кем-то там еще.
– Нет, я не имела в виду наши имена. Я хотела сказать, что мяушкетеры на самом деле не мяушкетеры.
– А кто? – Я уже ничего не понимал и даже не мог предположить, что имела в виду Одетта.
– Да нет, просто они мушкетеры, а не мяу шкетеры. А книга, девиз из которой ты вспомнил – ну тот самый, он нам еще так нравится: «Один за всех – и все за одного!» – эта книга называется «Три мушкетера», ведь они были вооружены мушкетами – это такие ружья. Конечно, это абсолютно не имеет значения, но все-таки я хотела сказать тебе об этом.
