– Я знаю, – ответил Джон.
Он произнёс последние слова с такой уверенностью, что я был склонен поверить ему.
– Я так понимаю, у вас есть ко мне вопросы? – спросил он.
– Да, Джон, но позвольте вначале поблагодарить вас за приглашение, – сказал я, вытаскивая из кармана костюма блокнот и ручку. Среди страниц блокнота я нашёл подарок и положил его на стол. – Спасибо вам огромное!
– Спасибо вам, Джек за то, что не забыли о моем пристрастии. Такой марки в моей коллекции нет, – сказал он, разглядывая подарок и, как мне показалось, тронутый моим вниманием, – задавайте вопросы, Джек.
Я нашёл нужную страницу с вопросами и начал:
– Первый вопрос: в чём секрет вашей гениальности?
Джон усмехнулся и ответил:
– Первый и главный секрет я вам уже раскрыл. У меня нет вредных привычек, и я питаю свой мозг питательными веществами.
– А второй секрет? – продолжил я. – Мне бы хотелось узнать побольше о технике письма, да и вообще о самом процессе.
– Ну хорошо, – сказал Джон.
За постепенно рассеивающейся пеленой дыма стали отчётливее проступать острые скулы маэстро, его тонкий рот и пронзительная чернота глаз
– Второе, – продолжил он, – это труд. Идеи приходят к каждому, но не каждый обладает должной усидчивостью, чтобы сесть и работать над ними. Потому что помимо таланта два следующих важных качества писателя – это воображение и усидчивость. Под словом усидчивость я подразумеваю не только писать каждый день, но и совершенствовать свое мастерство, изучая инструменты, которые помогают в работе со словом.
– Интересно, – сказал я, записывая, но ничего нового пока не услышав. – По сути, каждый, кто так или иначе пишет, знает об этих постулатах, но при этом они не такие гении, как вы.
– Потому что не следуют главному: обеспечивать мозг питательными веществами.
– Думаете, только в этом разница?
– Я не думаю, я – знаю.
– Хорошо, – сказал я, подчёркивая первый ответ Джона. – А сколько часов в день вы работаете?
– Когда как. Иногда я могу писать весь день. А иногда меня хватает на два часа и все. Ах да. Ещё одна важная деталь – это уметь мотивировать себя. Заставлять свой зад смирно сидеть, а руки – много писать, даже если не очень хочется.
– А как вы себя мотивируете? – заинтересовался я.
– Очень просто. Стоит мне подумать о гонорарах, как я сажусь и пишу. Раньше деньги не были главным мотиватором для меня, но благодаря моей популярности я стал зарабатывать хорошо, поэтому сейчас для меня деньги – главная мотивирующая сила.
– А как мотивировать себя начинающим авторам?
– Читать биографии успешных писателей и не только писателей. Многие великие люди начинали никем. Знание этого очень вдохновляет, потому что любой начинающий автор, по сути, находится в таком же положении, как когда-то находились их кумиры. Они никто и звать их никак.
Я записывал каждое слово Джона, стараясь ничего не упустить. Если не считать информации о мозге, то ничего нового я от него не услышал, но несмотря на это, чувствовал небывалый прилив сил и вдохновение.
Джон Мамагона налил себе воду, потом обратился ко мне:
– Воды, Джек?
– Да, спасибо!
Я поднялся и взял предложенный мне стакан с водой.
– Кстати, вода тоже важный компонент для писателя. Чем пить виски или вино во время работы над рукописью, лучше пить воду. Не меньше двух или трёх литров в день.
Допив воду, я поставил стакан на ковёр и записал новую информацию.
– Остались у вас ещё вопросы? – спросил маэстро, поглядывая на часы, – у меня строгий распорядок дня. Да, добавьте ещё один пункт, сон также важен для писателя. Нужно хорошо высыпаться, чтобы хорошо писалось.
Я записал и сказал:
– Ну и последний вопрос, Джон. Больше личного характера. Почему вы отказываете во встрече другим авторам? И со мной отказывались встречаться, но в итоге согласились, что изменилось?
– А зачем мне тратить своё время, которого всегда мало, на бездарных, на мой взгляд, авторов? Ваши рассказы мне с самого начала приглянулись...
– Правда? – удивился я, перебивая Джона.
– Правда, правда. Я слов на ветер не бросаю. Просто мне нужно было изучить вас. Ваши привычки. Силу таланта. Вы единственный человек, который за почти сорок лет моего творчества смог меня чем-то удивить. Конечно, были и до вас юные дарования, но к сожалению, у них была печальная судьба.
Я не совсем понимал, о ком говорил Джон, да и в тот момент мне было все равно, так как хвальба маэстро была для меня, как долгожданный подарок для ребёнка. Все моё внимание было сосредоточено на подарке, а остальное не важно.
– И ещё, – сказал он. – Вы ведь никому не рассказывали, что шли на встречу со мной?
– Конечно, нет. Как и просил ваш агент.
– Хорошо. Я эту информацию доверяю только вам. Надеюсь, она пойдёт на пользу. Если следовать ей и много писать, то очень быстро можно стать гениальным писателем.
– Спасибо, Джон! – был тронут я.
– А теперь давайте прощаться, – сказал Джон. – Мне через час нужно ложиться спать. Через два дня у меня будет особый ужин, но, к сожалению, вас пригласить я не смогу.
– Ничего страшного. Но мы же ещё увидимся с вами? – с надеждой в голосе спросил я.
