– Но это же полный бред, – с отвращением скривился Леон. – А как этот
Камилла замялась, не решаясь ответить, но ей и не нужно было ничего говорить. Ответ я уже знала.
– Через комнатные освежители воздуха, – прошептала я, качая головой. – Матс рассказывал, что эти штуки уже стоят
Камилла кивнула мне:
– Если «Ансьен» и дальше так же хорошо продаваться, ему останется лишь наполнять флаконы новым ароматом.
Казалось, голова у меня вот-вот взорвётся от мыслей. Нужно непременно предотвратить такое ужасное развитие событий! А для этого придётся отнять метеорит у Сирелла и сделать так, чтобы его больше никто никогда не нашёл. Этот искрящийся порошок, позволяющий запахам влиять на окружающую действительность – всё, что нужно Сиреллу де Ришмону, чтобы реализовать свой план.
– И вы действительно не знаете, где может быть порошок? – нетерпеливо спросила я.
– Нет. К сожалению, я не знать, где он. – Камилла потёрла руки, словно озябнув, хотя в помещении было тепло. – Но если вы сказать, как он выглядит, у нас будет шанс его отыскивать.
– Он чёрный и сильно-сильно блестит! – с готовностью выпалил Бенно.
– Что ж! – Камилла вновь махнула нам рукой, приглашая идти за ней. – Я покажу вам, где мсье Ришмон производить свои аромат. Может быть, нам повезёт – как знать?
Мы прошли через две двери и наконец добрались до третьей, металлической. За ней кипела напряжённая работа. Два человека в белых халатах и защитных очках обслуживали отливающую холодным блеском аппаратуру из стекла и металла.
Камилла выпрямилась и пошла вперёд, сделав вид, будто проводит небольшой – и, наверное, производящей странноватое впечатление – туристической группе экскурсию по лаборатории. Бонски был на голову выше всего оборудования, а остальным приходилось вставать на цыпочки, чтобы хоть что-то разглядеть.
– Перед вами дистиллятор. А теперь проследовать дальше и осматривать лаборатории концерна «Этернитэ»! – Камилла вдруг заговорила громко и очень официально, чеканя каждое слово. «А из неё вышла бы неплохая актриса», – усмехнулась я про себя. Теперь понятно, как ей так долго удавалось водить за нос Сирелла и шпионить за ним незаметно для окружающих.
Мы повернули в следующее помещение. Размером оно несколько уступало предыдущему. Вдоль стен тянулись ряды рабочих столов, а над ними – стеллажи со стеклянными трубками, наполненными различными ароматическими субстанциями. Так вот, значит, как выглядит процесс создания ароматов на фабрике. Я сразу почувствовала, как соскучилась по вилле «Эви» с нашей уютной маленькой аптекой ароматов, где всё было под рукой и мы работали только с натуральными ароматическими веществами из трав и лепестков, а не смешивали какие-то химические жидкости, как здесь.
– Здесь работают наши парфюмеры, – сказала Камилла на ходу и махнула нам рукой, призывая не задерживаться. – Они создавать парфюмерные ноты «Этерните».
Камилла вытащила из кармана карту с чипом и с её помощью открыла металлическую дверь, которая вела в комнату наподобие огромного сейфа. Там она вдруг вновь перешла на шёпот:
– Здесь хранится самое дорогое сырьё. Может быть, вы находите здесь и этот блестящий порошок?
Мы обыскали хранилище, заставленное металлическими ящиками, холодильными камерами и шкафами. С некоторым облегчением я отметила про себя, что в «Этернитэ» хоть и редко, но все же используются настоящие растения и травы. Один из холодильников, например, был под завязку набит листьями алоэ вера, а в контейнерах для сыпучих продуктов хранилось нечто, напоминающее пыльцу.
Камилла открывала один контейнер за другим в надежде обнаружить где-нибудь метеоритный порошок или целую глыбу, но всё без толку. В конце концов, осмотрев всё до последней ёмкости в хранилище и так и не найдя метеоритного порошка, мы вынуждены были сдаться.
– Вот чёрт, – пробормотала я.
Леон тоже как-то сник.
Разочарованные и растерянные, мы вышли из лабораторий тем же путём, каким и вошли. Камилла заторопилась вернуться на рабочее место, оставив нам визитку со своим телефоном – на случай, если снова понадобится её помощь. Бонски на ходу как-то странно посмотрел на Камиллу, и этот взгляд сбил меня с толку. Казалось, эти двое были знакомы гораздо ближе, чем мы думали. Ближе, чем хотели нам показать.
Бонски всё время шёл за нами, молча держа всё под своим контролем – в точности как тогда, во время собрания «вечных» в имении баронессы фон Шёнблом, возвышаясь за спиной Виллема в качестве телохранителя.
Несмотря на свои внушительные размеры, Бонски отлично умел держаться в тени. Он не привлекал к себе лишнего внимания и производил впечатление человека, абсолютно равнодушного к происходящему вокруг. При этом видел и замечал, вероятно, гораздо больше, чем любой другой.
