Портье улыбнулся и поднял руку, подозвав швейцара. Девушка смело отправилась следом. Пусть даже встретит она там целый полк полицейских, пусть сегодня ее повяжут, но обманщик и предатель получит все свои пять пуль.
Через пару минут Ульяна вошла в номер, некогда принадлежащий Ивану Несторовичу, с удивлением увидев в нем самого Ивана Несторовича.
Тот преспокойно сидел в кресле, закинув ногу на ногу, а в руках держал вчерашний выпуск «Норддойче альгемайне цайтунг». Никаких полицейских в комнате не было. Зато в соседнем кресле с лицом потерянным и напряженным сидел адвокат, на самом краешке сидел, на коленях держа руки и вытянувшись по струнке, точно шпагу проглотил.
— Добрый день, Ульяна Владимировна, — проговорил доктор, когда швейцар закрыл за собой дверь. — Проходите, будьте любезны, мы ждем вас уже почти четверть часа, а месье Герши сгорает от любопытства узнать, зачем же.
— Вы, стало быть, еще не съехали? — первое, что вымолвила девушка, переведя недоуменно-настороженный взгляд на адвоката. Невольно ее рука опустилась в широкий карман куртки-норфолк, а указательный палец сжал спусковой крючок — она даже самой себе не смогла бы объяснить, отчего при виде Ивана Несторовича у нее сердце сжалось от страха подспудного, а не от радости. Уж больно вид он имел отрешенный, даже надменный. Будто из сна ее чудовищного явился безмолвный ангел мести. Адвокат же совсем не походил на ловкого проныру, посланного Сюрте, который через пару минут торжественно арестует своего самого смертельного врага. Все так же взволнованно дрожал, глаза перепуганные, щеки красными пятнами покрыты.
— Теперь почти все в сборе, — продолжил Иноземцев. — Не хватает только моего непутевого ученика, но он не почтит сегодня нас своим визитом. Ромэн просил извиниться и оставил вам, мадемуазель Бюлов, письмо, в котором и объяснил причины своего отсутствия. Вот оно.
С этими словами доктор поднялся, небрежным движением бросил газету на стоявший рядом геридон, вынул из внутреннего кармана светлой визитки конверт и протянул его девушке. Тут Ульяну неприятно осенило воспоминание, что герр Кёлер, давая описание явившегося к нему француза, упомянул светлый костюм. А по-французски Иван Несторович говорил всегда на удивление чисто. Кроме того, на лице Иноземцева не было очков, и он сделал два шага к разделяющему их столу прихрамывая. Тяжело оперся одной рукой о столешницу, вторую с конвертом протянул Ульяне, верно, ожидая, что та подойдет и сама примет письмо. Может, потому, что желал, чтобы она проявила повиновение, может, просто не видел без своих окуляров, или хромота его была ненаигранная.
Невольно Ульяна подчинилась, осторожно приблизилась, взяла конверт и развернула его.
— Не соблаговолите прочесть вслух? — попросил Иван Несторович. — Месье Герши тоже будет интересно послушать.
Ульяна склонила голову.
—
—
