Татьяна Мироновна взяла стакан и отхлебнула чаю.
– А вы правы, хорошо… Хоть и сладко, – улыбнулась она.
– Ну что ж, мы с вами обо всем договорились, на ночь выпейте ношпу с валокордином, а утром вызовите своего врача. Будьте здоровы, а мне пора! Где тут можно помыть руки?
Через несколько минут она ушла. Мы остались вдвоем.
– Девочка, как ты сюда попала? – слабым голосом спросила Татьяна Мироновна.
– Я пришла к вам на урок…
– Ах да, ты же внучка Потоцкого… я совсем забыла… бедненькая, ты, наверное, очень испугалась?
– Вообще-то да.
– Ты посидишь немножко со мной? Мне как-то боязно… Скоро муж должен прийти, тогда…
– Конечно, не беспокойтесь! Может, вам еще чаю налить?
– Пожалуй. Только сахару поменьше…
Я побежала на кухню за чаем, а когда вернулась, заметила, что на бледном лице Татьяны Мироновны проступила краска.
– У вас уже совсем другой вид! Вы не такая бледная…
– Асенька, а как же ты вошла в квартиру?
– Дверь была открыта!
– Как?
– Я звонила, звонила, даже к соседям сунулась, но там тоже никто не открыл… А потом кошка замяукала, я до двери дотронулась, а она оказалась открытой.
– Странно…
– Татьяна Мироновна, а вы ничего не помните? Я вот смотрю, ящик у письменного стола открыт и, похоже, там кто-то рылся.
– Ящик? – встрепенулась она. – Ася, помоги мне встать!
– Татьяна Мироновна, вам нельзя!
– Ерунда, мне уже лучше! Прошу тебя, дай мне руку!
Я помогла ей встать, и, опираясь на мое плечо, она добрела до стола и буквально рухнула в кресло.
– Сейчас я посмотрю… Сейчас, минуточку… – бормотала она. – Действительно, ящик открыт… Так, это здесь, это на месте… Странно! Ничего не пропало…
– А что могло пропасть?
– Не знаю. Ключи от лаборатории мужа здесь… деньги на месте, документы тоже, ничего не пропало. Это какая-то случайность… Ох, голова кружится… Пожалуй, мне лучше лечь…
Я помогла ей снова дойти до дивана.
– Вы никому дверь не открывали?
– Кажется, нет… Хотя постой… Вроде был звонок, я подумала, это новая ученица пришла… то есть ты…
– И что дальше?
– Кажется, я пошла открывать.
– И открыли?
– Не помню.
– У вас такие обмороки уже случались?
– Никогда!
– Мне одно непонятно, если вы пошли открывать и вам стало плохо, почему вы упали в комнате, да еще дверь в комнату, когда я пришла, была закрыта.
– В самом деле? Действительно странно. Но, с другой стороны… ящик открыт… но ничего не тронули, даже денег… Знаешь, детка, поди в большую комнату и погляди, все ли там в порядке.
– Но я ведь не знаю, как там было.
– Нет, ты просто погляди, не открыт ли шкаф, ну, словом, сама понимаешь.
Я пошла в большую комнату, но там все было в образцовом порядке. Я вернулась к Татьяне Мироновне.
– Там ничего не тронуто! Татьяна Мироновна, а вы сами не могли открыть ящик до того, как в дверь позвонили?
– Не помню, но, впрочем, могла… А знаешь что, я думаю, все это ерунда. Наверное, я сама, когда пришла, не закрыла дверь, а потом мне стало плохо, вот и все.
– Думаете?
– А что остается? – улыбнулась она. – Если это были воры, то они ничего не взяли и ушли? Согласись, это странно.
– Почему? Они вполне могли войти и, увидев вас в обмороке, испугаться. А вдруг вы умерли?
– С чего мы с тобой взяли, что тут кто-то был?
– Дверь была не заперта! Неужели вы совсем не помните, открыли вы ее или нет?
– Совсем не помню, значит, скорее всего не открывала.
– Но звонок слышали?
– Да, но, возможно, это был уже твой звонок и мне вдруг стало дурно. Знаешь, девочка, у меня к тебе просьба.
– Какая?
– Скоро должен прийти мой муж. Я не хочу его пугать. Мы скажем ему, что я просто чем-то отравилась и мне стало нехорошо во время урока. Договорились?
– Да.
– Я понимаю, нехорошо учить детей врать, но это будет ложь во спасение. Он и так постоянно нервничает, зачем ему еще эта таинственная история, которая скорее всего объяснится как-нибудь очень прозаично. Ты согласна со мной?
– Да, согласна. Татьяна Мироновна, тогда и у меня к вам будет просьба.
– Пожалуйста!
– Я своим родителям тоже ничего про это не скажу! Как будто мы провели с вами урок! А то они мне не поверят!
– Нет, так не годится! Мне ведь они платят за уроки, и не так уж мало! Нет, я просто позвоню твоему папе и скажу, что, к сожалению, первый урок не состоялся по болезни. Жалко. Ты мне нравишься.
– Вы мне тоже! – призналась я.
– Значит, будем с тобой заниматься?
– Будем!
– Знаешь, когда мне звонил твой папа, он сказал, что хочет отвадить тебя от детективных увлечений! А начало нашего знакомства вполне детективное! Открытая дверь, женщина без сознания… Как же ты не испугалась?
– Я испугалась! Но потом подумала, что вам нужна помощь…
– Молодец! Такая храбрая… Или у тебя опыт большой? – усмехнулась она.
– Есть кое-какой опыт! – сказала я.
– Может, расскажешь что-нибудь интересное, пока муж придет?
И я рассказала ей, не вдаваясь в особые подробности, про все наши дела. И про духа из соседней квартиры, и про банду, и про спасение Феликса, и про израильские приключения, и про летние, и про наше последнее дело, когда мы вывели на чистую воду четырех воровок1.
– Господи, неужели все это было с тобой? На самом деле?
