Стояла глубокая ночь. Вся семья Смит уже крепко спала, поэтому никто не услышал, как на первом этаже разбилось окно и по паркетному полу прошлёпали чьи-то ноги.
Злоумышленники были невелики ростом. Одного звали Тофф Свирепый, другого Элвис. Внешность Элвиса выдавала в нём эльфа, и он отличался хрупким телосложением – не то что его сообщник: щекастый, со злобным лицом и кустистыми синими бровями – явный гоблин.
– Это тот дом? – спросил Тофф Свирепый.
– Да, – беспокойно озираясь, ответил Элвис. – Не знаю, может, нам лучше уйти…
– Слушай, хлюпик, – рявкнул Тофф, – ты сам попросил меня помочь – и не пытайся теперь соскочить…
– А помнишь, что случилось в прошлый раз?
– Забудь, – буркнул Тофф. – Нет времени на твоё нытьё.
Он подтолкнул Элвиса к столовой. Там на длинном столе, покрытом белой льняной скатертью, возвышался свадебный торт с красивой глазурью. Вокруг стояли позолоченные тарелки, серебряные подсвечники и вазы с розами.
– Жаль, что мы пришли не грабить, – проговорил Тофф. – Я бы прихватил подсвечники.
– Нет, – сказал Элвис, – мы так не договаривались…
– Пошевеливайся, – поторопил его Тофф. – Времени мало. Что сначала?
– Откуда же я знаю?
– Не выводи меня из себя, рохля. Не забывай, что в гневе я страшен.
Элвис помнил это слишком хорошо. Он тревожно всматривался через стеклянную дверь в сад. На улице падал крупный снег, и шатёр среди зимнего пейзажа выглядел очень живописно.
– Думаю, лучше начать отсюда, – обречённо вздохнул Элвис.
– Не терпится разгромить эту сладкую башню, – потирая руки, ответил Тофф и исчез.
Над столом пронёсся искрящийся ураган, словно верхушка торта быстро кружилась по комнате. Потом всё стихло.
– Класс! – с набитым бисквитом ртом проговорил Тофф.
Элвис вынул красный блокнот и грустно просмотрел записи. Потом послюнил кончик карандаша и поставил на странице галочку. Сунув карандаш за вытянутое острое ухо, он сказал Тоффу:
– Жди здесь. Я поднимусь наверх.
Тофф Свирепый поднял Элвиса над полом:
– И без фокусов, а то пожалеешь.
Элвис проскользнул вверх по лестнице и пробрался по коридору к комнате невесты, мирно сопящей в своей кровати. Да, к сожалению, это была та самая комната и та самая девушка. Её густые золотистые волосы разметались по подушке. Эльф подёргал носом и, вытащив из-за уха карандаш, что-то вычеркнул в блокноте, а потом подошёл к свадебному платью.
Через несколько минут он спустился на первый этаж. Его сообщник уже съел почти весь торт и теперь жевал цветы.
– Розы – вкуснятина, – прочавкал он. – Всё сделал?
Элвис кивнул.
И парочка хулиганов скрылась в ночи.
Утро выдалось солнечным и красивым. Тили Смит, которой вскоре предстояло стать Тили Бомс, проснулась, встала с постели и подошла полюбоваться своим отражением в зеркале. В то же самое время Паулина Смит раскрыла шторы, чтобы полюбоваться свадебным шатром, а Гарри Смит распахнул дверь столовой, чтобы полюбоваться свадебным тортом. Пронзительный крик трёх голосов разнёсся по всей Подгорной улице.
На следующий день на дверях лавки чудес висела табличка «Закрыто». Теперь у трёх детективов работы было хоть отбавляй.
Эмили не терпелось приступить к расследованию. В книге «Как стать детективом» она прочла, что сыщику необходимы умения принимать решения, внимательно слушать, замечать детали и объективно смотреть на вещи. Но самое главное – должна быть пламенная увлечённость делом. После того как ей удалось одолеть Гарпеллу, самую страшную ведьму в мире, девочка убедилась, что у неё есть призвание выводить злоумышленников на чистую воду. Омрачал радость обретённой работы только Бастер.
Эмили снова побрела на второй этаж. Всё утро она пыталась заставить Бастера покинуть тёплую гостиную и заняться поиском улик – он же сидел на диване и читал комикс. Непоседа уже надел пальто и приготовился к выходу, но вдруг взялся за спицы – недавно он увлёкся вязанием. Каждая вещь, которую он пытался создать, в конце концов приобретала очертания рыбы.
– Лицевая, изнаночная, – считал он себе под нос.
– Что это значит? – поинтересовалась Эмили.
– Я вяжу тебе джемпер, уточка.
– Послушай, нам надо не торчать в лавке, а изучать место преступления, – напомнила Эмили.
– Я всегда готов покушать рыбки и заняться расследованием. – Непоседа отложил вязание.
– Ты видела, что на улице? – бросил Эмили Бастер, не отрываясь от комикса.
Эмили прильнула к круглому окну со старинным мутным стеклом. Переулок, в котором стоял дом, укрывало толстое одеяло нетронутого снега.
– Погода не должна препятствовать… – Её слова прервал похожий на взрыв грохот, донёсшийся снизу из лавки. Всё здание пошатнулось, свет замигал, окна задребезжали, дым спустился вниз по трубе и заполнил комнату. – Ой, Непоседа, – в страхе воскликнула девочка, – неужели Гарпелла вернулась?!
– Это невозможно, уточка! – Кот отчаянно хватался за своё вязание и за тарелку с тостами, намазанными рыбным паштетом.
– Без паники, – проговорил Бастер, который паниковал больше всех. – Ведьма превратилась в лилового кролика, и на то, чтобы вернуть себе прежний облик, у неё уйдут столетия.
