Она была высокая, тоненькая, со смеющимися раскосыми глазами и неотразимой улыбкой. «Да, подумал Петька, — действительно…»
Они не успели ничего ответить, зачарованно глядя на Марину. Ее спутник взглянул на часы и с легкой усмешкой произнес:
— Душа моя, оставляю тебя на попечение этих отроков и через два часа заеду за тобой. Ты не возражаешь? Мне еще предстоит деловое свидание, весьма важное для меня, а может, и для тебя!
— Хорошо, — улыбнулась Марина. — Через два часа я буду готова, так вы к кому, ребята?
— К вам! — еле слышно ответил Хованский.
Воскресенский быстро удалился.
— У вас ко мне дело? — удивленно подняла брови Марина.
— Да! — твердо ответил Петька, видя, что Хованский уже совсем растаял от Марининой красоты.
— Ну что ж… Только не пойдем в дом, посидим лучше в саду, а то что-то душно… Пошли-пошли, у нас тут нечто вроде беседки есть…
Среди кустов была расчищена небольшая площадка, где был врыт деревянный стол и лавки.
— Садитесь, мальчики, и выкладывайте! Ох, я вам ничего не предложила…
— Спасибо, не надо. У нас каждая минута на счету! — ответил Петька. — Простите, как ваше отчество?
— Отчество? Александрова… Только зовите меня просто Марина, без отчества. Я же еще молодая!
— Хорошо, — деловито кивнул Петька. — Марина, нам нужна ваша помощь!
— Помощь? Какого рода?
— Ох, это трудно объяснить…
— Погоди, Петь, ты не с того начал! — вдруг перебил его Хованский. — Помощь — дело десятое… Марина, вам грозит опасность!
— Опасность? Какая опасность?
— Ну я не так выразился… Одним словом, этот человек — ваш жених?
— Да, ну и что? — недоуменно и уже холодно вскинула брови Марина.
— А вы знаете, кто он?
— Ну вот что, говорите, кто вы такие и что вам нужно, и проваливайте! — рассердилась красавица. — А моя личная жизнь никого не касается, и уж тем более вас! Откуда вы вообще взялись?
Ее тон очень не понравился Петьке.
— Ну что ж, вы, наверное, правы… Мы так сумбурно начали, но это потому, что вы… очень красивая! — И Петька улыбнулся одной из самых своих обаятельных улыбок.
Красавица смягчилась.
— Хорошо, говорите. Какая помощь вам нужна.
Петька на мгновение запнулся, а потом выпалил:
— Нужно, чтобы вы достали для нас одну дискету!
— Дискету? — поразилась она. — Какую дискету, откуда? Я, по-моему, вообще никогда не держала в руках дискету. И очень смутно знаю, что это такое… А вы ничего не путаете? Я же актриса…
— Эту дискету Владимир Михайлович Воскресенский выкрал у одного талантливого изобретателя…
— Что? Что ты такое несешь! Что значит «выкрал»? — возмутилась Марина. — Бред какой-то!
— Это не бред. Владимир Михайлович долго шантажировал этого человека, грозил его сыну, жене… чтобы завладеть его изобретением. В этом и состоит его основной бизнес — он патентует на свое имя чужие изобретения и продает их за большие деньги.
Марина побледнела.
— С чего вы это взяли? — тихо спросила она.
— Мы… дружим с этим изобретателем, — заявил Хованский. — Он успел спрятать сына, а жену его взяли в заложницы, вернее, ее посадили под домашний арест, стерегли днем и ночью и еще искали документы на изобретение, и нашли дискету, которая сейчас в руках вашего Воскресенского!
— Господи, да что вы такое говорите? А что с этой женщиной?
— Ее удалось освободить, сейчас она вместе с мужем в безопасности! Но он считает, что это изобретение, уникальный диагностический прибор, для него уже потеряно! — сбивчиво объяснил Кирилл.
— А вы хотите ему вернуть эту… как ее… дискету, да?
— Хотеть не вредно, — вздохнул Петька. — Но мы пришли не только из-за этого!
— Да! — подхватил Хованский. — Он, в конце концов, еще что-нибудь изобретет, а вот вы…
— Что я?
— Вы должны знать, что из себя представляет Воскресенский!
— Но, собственно говоря, почему я должна вам верить? Больше, чем близкому человеку? С какой стати? Я вас вижу первый раз в жизни, а его знаю давным-давно, с детства! Нельзя же так бездоказательно обвинять человека во всех смертных грехах! — горячилась Марина.
— Если хотите, мы сможем вам завтра устроить встречу с этой женщиной, которую они держали под арестом в ее собственной квартире. Она вас все расскажет, а какие-то документов, которые могли бы это подтвердить, у нас, естественно нет.
Марина глубоко задумалась:
— Ну, мало ли кого вы можете ко мне подослать… Это несложно устроить. И потом… Я еще могу понять, что вам понадобилась какая-то кассета…
— Дискета, — мягко поправил ее Кирилл.
— Ах, да какая разница! Дискета! Но вот какое вам дело до моей личной жизни?
— Я говорил тебе, Кирка, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным! — горько усмехнулся Петька.
— Что ты хочешь этим сказать? — нахмурилась Марина. — Между прочим, я понятия не имею, кто вы и почему сюда явились! И я должна вам слепо верить?
— Нет, слепо не должны! — покачал головой Петька. — Ладно, попробуем поискать общих знакомых, которые могли бы вам что-то о нас рассказать…
— Общих знакомых? — удивленно переспросила Марина.
И Кирилл тоже с недоумением уставился на Петьку.
— Да, свет, как известно, мал, мир тесен, и при желании два москвича всегда сыщут общих знакомых. — Вы знаете писателя Мелешина?
— Первый раз слышу!
