В субботу утром Муся позвонила Виктоше.
– Вика, мне что-то неспокойно! – заявила она.
– Ты о чем? – не поняла Виктоша.
– Ну, сама знаешь, – засмущалась вдруг Муся.
– Из-за Медынского?
– Да!
– Почему?
– Не знаю, чувствую что-то!
– Ой, Муська, если ты чувствуешь, значит, и вправду дело плохо! У тебя есть идеи?
– Понимаешь, мне надо что-то делать, иначе я с ума сойду! Я должна его спасти!
– Но как? От чего?
– Если бы я знала… Вика, давай поедем к нему домой!
– Ты что, спятила? А если нас поймают? Второй раз я их плясками не отвлеку!
– Мы переоденемся! Волосы пенкой покрасим! Каблуки наденем!
– Где мы их возьмем? У меня сапоги без каблуков, и у мамы тоже!
– Значит, ты не хочешь? Тогда я пойду одна!
– Нет, одну я тебя не пущу! И вообще, что нам там делать, возле его дома, хоть никаких бандитов и не будет?
– Понимаешь, мне сон приснился… – смущенно призналась Муся.
– Какой сон? Вещий? – испугалась Виктоша. Она давно полностью уверовала в экстрасенсорные способности подруги.
– Не дай бог! Мне приснилось, что его хоронят…
– Дура, Муська, какая же ты дура! Похороны – это хороший сон! К добру! Вот если б тебе свадьба приснилась…
– Ты думаешь?
– Конечно! Это все знают – сны надо толковать наоборот! Еще очень плохо человека нарядным видеть или голым. Мясо тоже плохо во сне видеть, сырое. А похороны… Даже примета такая есть: если тебе встретились похороны, это к добру.
– Да? А я не знала. Мама у меня в приметы совсем не верит…
– Даже в черную кошку?
– В кошку особенно… Она кошек обожает! Слушай, Вика, не можем же мы бросить это дело?
– Какое?
– Ну, это… с Медынским?
– Но он же сам просил нас не встревать, ты что, забыла?
– Вообще-то да…
– Муська, что тебя разбирает?
– Не пойму, только меня все время тянет…
– Куда?
– Куда-то…
– А тебе не кажется, что это совсем как в сказке – пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что… Но, с другой стороны… если уж тебя куда-то тянет… Короче, что ты предлагаешь?
– Сходить все-таки к его дому…
– Ладно, так и быть! Ты одна?
– Да, родители к маминой тете поехали. Вернутся только завтра. Приходи, попробуем что-нибудь с собой сделать.
– Что? – не поняла Виктоша.
– Ну, внешность как-нибудь изменим. И сходим туда. Ну, пожалуйста, Вика!
– Черт с тобой! Жди, сейчас приду!
Муся с облегчением вздохнула. Сейчас примчится Вика, и они поедут к дому Медынского… Чтобы как-то скоротать время до прихода Вики, Муся включила телевизор. Передавали «Новости». И вдруг… лицо у дикторши вытянулось, ей явно передали какое-то новое сообщение. «Извините, – сказала она, – нам только что сообщили, что сегодня утром в подъезде своего дома был избит известный журналист Всеволод Медынский. Как нам стало известно, на него напали трое подростков и нанесли журналисту тяжкие телесные повреждения. Журналист доставлен в больницу. Врачи опасаются за его жизнь. В следующем выпуске мы передадим репортаж нашего корреспондента с места события».
Муся схватилась за сердце. Предчувствия не обманули ее. Что же теперь делать? Она заметалась. «Прежде всего надо успокоиться, – сказала она себе. – Дождаться Вику. А потом уж вместе решить… А пока…» Муся опустилась на диван, закрыла глаза и вызвала в памяти лицо Медынского. Врачи опасаются за его жизнь! Но нет, она не чувствует этой опасности. Наверно, его сильно избили, но жить он будет. Будет!
Вскоре раздался звонок в дверь. Вика.
– Муська, что с тобой? Ты чего такая бледнющая?
– Его избили…
– Опять двадцать пять!
– Только что передали в «Новостях»!
– Шутишь?
– Какие шутки! В подъезде сегодня утром на него напали трое подростков. Врачи опасаются за его жизнь…
– Трое подростков? Утром?
– Да.
– Ерунда какая-то! Зачем подросткам его избивать?
– Ну это ты глупости говоришь! Подростки часто избивают ни с того ни с сего! Только мне кажется, он будет жив!
– Ну, если тебе так кажется, все будет в порядке! – обрадовалась Виктоша.
– А ты говорила – похороны к добру!
– Вообще-то так считается, – смутилась Виктоша. – Ну, что теперь делать будем?
– Искать! – уверенно заявила Муська.
– Что?
– Настоящих убийц…
– Не понимаю!
– Это сделано для отвода глаз! Его избили для виду, понимаешь?
– Нет, не понимаю!
– Убийцы, настоящие, подослали подростков его избить. Никто, конечно, этих подростков не найдет, а его отвезут в больницу, где он должен умереть… И смерть спишут на случайных хулиганов! Но он не умирает, я знаю! Он только ранен! И то не очень тяжело!
– Ты же сама сказала – врачи опасаются за его жизнь! – напомнила Виктоша.
– Ах, ты не понимаешь… Это сказано… по горячим следам… Теперь они будут ждать его смерти, и если он не умрет в ближайшие два-три дня, они его спокойно убьют в больнице!
– С чего ты взяла? – оторопело спросила Виктоша. Ей было не поспеть за озарениями подруги.
– Чувствую! И я должна, просто обязана его спасти!
– Но как?
– Еще не знаю! Если б меня пустили к нему… – задумчиво сказала Муська.
– Что тогда?
– Я бы сразу узнала, кто несет зло…
– Слушай, а в какой он больнице? – вдруг спросила Виктоша.
– Не знаю!
– Надо узнать!
– А что? – спросила Муська.
