В метро они все спали. Кроме Даши, которая с замиранием сердца думала о Юрином звонке. Значит, он вовсе не забыл ее! Вероятно, ему трудно позвонить из дома, вот он улучил момент, позвонил, но не застал ее… С одной стороны, это даже лучше – пусть знает, что она и без него прекрасно живет, что у нее свои дела, своя компания…
Вот так усталость Стаса и Дашины мысли о Юре не позволили им понять вполне простую вещь – о том, что обе квартиры в ночь с субботы на воскресенье будут пусты, могут знать не только они.
Bечером Юра не позвонил. Даша долго слонялась по квартире, провожаемая сочувственными взглядами Виталии Андреевны, тогда как Стас сразу после восхитительных уральских пельменей завалился спать.
– Данечка, ложись, – не выдержала наконец тетя Витя. – На тебе уже лица нет.
– Тетя Витечка, еще четверть часика!
– Глупышка, да я тебя разбужу, если он позвонит. Тотчас же! Да ты и сама проснешься. Положи трубку рядом с собой. А скорее всего он уже нынче не позвонит. Время позднее, он, судя по всему, мальчик хорошо воспитанный…
– Да, правда! – вспомнила Даша. – Он хорошо воспитанный, все так говорят…
– Вот видишь, детка, ложись, ложись… Завтра небось с самого утра на квартиру потащитесь!
– Конечно! Ой, тетя Витя, нам же нужен таз.
– Какой таз?
– Любой, для клея…
– Ах, для клея? Можешь взять в ванной…
– Нет, зачем! У Смирниных на балконе есть пластмассовый, он легкий… Ладно, завтра достанем, – заплетающимся языком проговорила Даша и чуть не свалилась со стула. Она уже засыпала на ходу.
Утром она первым делом подумала о Юре. Позвонит – не позвонит? А вдруг это был всего лишь порыв – вот звякну наудачу: есть Даша дома, хорошо, нет – тоже не страшно? И вовсе он о ней не думал, а только случайно вспомнил, оказавшись у телефона без своей драгоценной мамочки? Да, видимо, так и было. Даша глянула на часы. Восемь. В половине десятого приедет Мелешин, и они отправятся на Фрунзенскую набережную… В этот момент зазвонил телефон. Даша схватила трубку. К великому разочарованию, она услыхала голос Петьки.
– Лавря! Я тебя разбудил?
– Нет, а что? – довольно грубо спросила Даша.
– Есть соображения! Надо поделиться.
– Обязательно со мной? – огрызнулась Даша.
– Лавря, ты чего злишься? – оторопел Петька. – Что я тебе сделал?
– Нет, Петька, ничего, – Даше стало стыдно: в конце концов, Петька ни в чем не виноват, – просто я жду звонка!
– В такую рань?
Тут Даша сообразила, что в Европе сейчас даже не восемь часов, а семь и Юра, конечно же, еще спит.
– Ну что, Петюня, какие у тебя соображения?
– А какого это ты звонка ждешь?
– Маминого! – соврала Даша.
– Лавря, перекрестись! На юге Франции сейчас еще семь часов. У людей – медовый месяц!
– Да, да, ты прав, у меня что-то мозга за мозгу заехала! Ну, так чего ты сообразил?
– Я сообразил, что… Ой, мама идет! Пока!
И Петька бросил трубку.
«Черт! – мысленно выругалась Даша. – Какое-то утро неудачное!» Ей стало интересно, что там придумал Петька. У него частенько рождались довольно-таки светлые идеи… В дверь постучали.
– Войдите! – крикнула Даша.
– Привет, сестренка! Проснулась?
– Давно! А ты выспался?
– Вроде да… Слушай, Дарья, а мы ведь вчера дурака сваляли.
– Какого дурака?
– Боюсь, что крупного… Слушай, как ты считаешь, удобно уже позвонить Мелешиным?
– Нет! Неудобно! Рано! А что?
– Что-то мне тревожно. Давай, сестренка, прямо сейчас туда мотанем. Никого и ничего не дожидаясь. Тетя Витя прекрасно соберет все нужное, а мы…
Почему-то тревога Стаса передалась и Даше. Она решила, что не станет дожидаться, пока этот принц в своем Бенилюксе продерет глаза. Еще чего! У нее и поважнее есть дела! Если бы он ее любил, то уже позвонил бы. Сказано ведь ему было – звонить с восьми!
Тем временем Стас сбегал в свою квартиру и принес оттуда кое-какие нужные для ремонта вещи, в том числе и старый таз.
– Даш, посмотри, сгодится?
Даша посмотрела на таз и мрачно сострила:
– Поэма экстаза!
– Что? – вытаращил глаза Стас.
– Знаешь, у Скрябина есть такая вещь – «Поэма экстаза»?
– Знаю, но при чем тут Скрябин?
– При том! Этот таз – бывший! Таз с приставкой «экс»! Экс-таз! Теперь понял?
Стас покатился со смеху.
– Ну, ты даешь, сестричка! Когда ты так остришь – значит, ты не в духе!
– Ты, что ли, в духе?
– Ладно, отстань! Так что с тазом-то?
– Сойдет!
– Тогда поехали?
– А ты кого-нибудь предупредил?
– Нет!
– Ладно, я сама Петьке позвоню!
Даша набрала Петькин номер. Тот сразу схватил трубку.
– Петька, привет!
– Привет, Лаврецкая, что случилось?
– Пока не знаю, но мы со Стасом сейчас едем на Фрунзенскую, никого не дожидаясь. У него предчувствие! А вы подваливайте.
– Я с вами. Буду через десять минут.
– Ладно, давай!
– А ты кого-нибудь предупреди!
– Хорошо!
Даша позвонила Крузенштерну – попросила его предупредить Олю и Дениса. Он тоже хотел поехать с ними, но Даша сказала, что так они никогда с места не тронутся и пусть Игорь приедет вместе с Олей. Тот нехотя согласился.
Узнав, что Даша со Стасом сейчас уходят, тетя Витя удивилась.
– Данечка, а как же Юра? – тихонько спросила она.
Даша махнула рукой.
