Секрет рапторов полностью

Теодор проснулся с ужасной головной болью. В горле пересохло. Осмотревшись, он не увидел никаких следов тенезавров. Может, они ему приснились? Повернувшись на здоровый бок, он сразу почувствовал, что на его раненую руку была наложена повязка из листьев. Рядом с кроватью, если, конечно, это хитроумное изобретение можно было так назвать, стоял пень, напоминавший прикроватную тумбочку, а на нем небольшая канистра. Схватив ее, Теодор тут же утолил нестерпимую жажду. Вытерев усы краем рукава и поставив канистру обратно, он вдруг заметил, что к коре прилип маленький сорванный цветок. Он внимательно осмотрелся.

В грязи на земле лежали сотни пушистых перьев светло-серого цвета. С одной стороны от него стояло дерево, на котором с помощью сетки было закреплено множество вещей, в том числе куски брезента и вещевые мешки. Внизу под сеткой кто-то разбросал разные предметы. Чего там только не было: пустые деревянные коробки, мотки веревки, какая-то одежда, седло и уйма армейских консервов «SPAW» из мяса завров. На стволе дерева было много темно-красных отпечатков маленьких ладоней и мазков охры, напоминающих примитивные фигурки людей и деревья.

Теодор встал на ноги и попытался пройтись. Его нож висел чуть выше на стволе дерева, а шляпа – на нижней ветке рядом с кучей консервов. Подняв одну из закрытых банок, он изучил этикетку и сразу ощутил страшный голод. Он попробовал одной рукой управиться с открывашкой, но быстро передумал и стал долбить банку ножом. Консервы из завров отличались соленым привкусом, от которого его обычно воротило, но на этот раз они ему очень даже понравились.

– Привет, есть кто дома? – прокричал он.

Прикончив одну банку и бросив ее к остальным, Теодор отправился исследовать местность. За деревом было около дюжины круглых кучек из веток и листьев папоротника, напоминавших гнезда, а вокруг них было выкопано несколько неглубоких ям одинакового размера. Вместо веток и папоротника в них лежали пушистые перья, перемешанные с грязной землей.

– Самцы тенезавров спят с краю и защищают самку посередине. Мудро, – пробормотал он.

В одном из гнезд Теодор увидел целый выводок яиц, лежащих на свежих листьях папоротника. Он присел и, не задумываясь, взял одно из них, еще теплое. Делать этого, конечно, не стоило.

– Хиссссссс! – услышал он позади и замер. Осторожно положив яйцо на место, он обернулся и увидел самку тенезавра, которая смотрела на него устрашающим взглядом.

– Спокойно, все на месте, виноват, – он отступил на несколько шагов и провалился в одну из ям. Прыгнув вперед, хищница приземлилась рядом с Теодором и, придвинув ярко-красную голову поближе к его лицу, еще раз произнесла свое леденящее «хисс». Она щелкнула острейшими зубами, и ее морда покраснела от злости. Теодор вздрогнул.

Каким-то образом ему удалось выжить после того, как его заживо растерзала стая смертельно опасных тенезавров, а теперь он разозлил самку, сидящую на яйцах. Она принюхалась – ее вдруг насторожила самодельная перевязка. Ткнув ее носом, самка отступила. Теодор сглотнул и понял, что у него появилась возможность встать на ноги.

Самка суетилась возле своих яиц, отпустив еще одно «хисс» в адрес Теодора, который решил, что сейчас самое время уносить ноги. Он огляделся, чтобы понять, преследуют его или нет, и тут же задел головой низко висящее осиное гнездо, выпустив целый рой злобных ос. Теодор замахал здоровой рукой, чтобы отогнать их. Теперь у него была еще более веская причина припустить побыстрее, пригибаясь и уклоняясь от всего, что могло помешать его бегству.

Огромный тарантул, надеясь на хороший улов, плел тонкую паутину между двумя деревьями. Теодор не заметил ее и угодил прямо в сеть. Он сумел выбраться, но клейкая шелковая нить опутала его лицо, и он, перестав нормально видеть, пробежал еще несколько шагов и с глухим стуком врезался в дерево.

Оглушенный, Теодор сел, содрал с лица паутину, но тут его ждал еще один сюрприз. Перед ним стоял и улыбался, обнажив ярко-красные зубы, невысокий туземец. На его голове красовались разноцветные перья. Человек наклонился над раненым плечом Теодора, глубоко вдохнул и подмигнул ему. Затем, положив на землю свой лук и щит, он двумя пальцами похлопал по его ране.

Теодор взвизгнул, как щенок, но сразу же изумленно осекся:

– Вот это да! Мне не больно.

Не говоря ни слова, мужчина сел на корточки, продолжая улыбаться.

– Я Теодор. Те-о-дор. – Теодор указал на себя здоровой рукой, а затем протянул ее вперед, ожидая ответа от незнакомца. – А ты?

Позади него высокий голос весело сообщил:

– Это мой друг Кунава, и с ним не нужно говорить, как с ребенком, он прекрасно тебя понимает.

В узкой повязке из ярких перьев Би выглядела очень эффектно. Этот головной убор компенсировал ужасное состояние ее одежды, от которой остались одни лохмотья.

– Би, ты жива! – Теодор с трудом встал на ноги и так крепко обнял Би, что у нее затрещали кости. Когда она слегка отодвинулась, то поняла, что противная паутина прилипла теперь и к ней. – Где Банти?