Владимир Алексеевич РЫБИН
СЕКРЕТ СЕН-ЖЕРМЕНА
- ...Мария! Смотри, Мария, опомнишься, да поздно будет! Ты вспомни, какой он в прошлом году приехал? Будто молодой, порхал, ты в сравнении с ним совсем старухой была. И теперь он ровно на свидание торопится, неужто не видишь?..
- Так ведь он в нашу деревню едет, - робко возразила Мария - женщина неопределенного возраста, про которую только и можно было сказать, что ей за сорок.
- Али в деревне девок нет?!
- Деревня-то уж давно пустая стоит. Один дед Кузьма со старухой только и живут, помирать все собираются на отчине, да никак не помрут...
- А ты больше слушай своего Васеньку. Он тебе наговорит. Дед Кузьма!.. Да ныне бабам только свистни - в пустой деревне объявятся. А то из города приедут. Ты погляди, погляди, с кем он в вагон будет садиться...
Давняя Мариина подруга, такая же дама не то, чтобы в годах, но и давно уж немолодая, уперла руки в боки и воинственно встала посреди комнаты.
- Я сама, сама посмотрю, а ты уж решай.
- Не надо, Алена, - жалостливо попросила Мария. Ее пугала сама мысль такого демонстративного недоверия к мужу. Как это можно выслеживать?! Ровно шпиона какого! Ей казалось: только толкни недоверие - само покатится.
- Как это не надо?! Лучшая подруга гибнет, а я не вмешивайся?! Я тебя этому аспиду на растерзание не дам.
- Да какой он аспид?!
- Аспид и есть, кто же еще! Он, видите ли, молодится, а жена в старухах пропадай?! Я его выведу на чистую воду, меня не проведет...
- Не надо бы, а?!
- А ты сиди тихо. Я сама все сделаю...
Тут дверь отворилась, и в комнату вошел Василий, человек бодрый, молодой на вид, и только совсем поседевшие волосы да морщины у глаз говорили, что лет ему уж немало.
- Кукуете? - весело спросил он. - Стареете, кумушки...
Лучше бы он не говорил последних слов. Обе женщины взвились со своих мест. Но Мария тут же и рухнула обратно, разревелась. Зато Алена подступила к нему с таким неистовством в глазах, что он попятился.
- Мы как есть, а ты вот все молодишься. С чего бы, а?!
- Секрет один знаю, - улыбнулся он.
- Твои секреты подолами панели подметают.
- Ты о чем?
- Все о том же. Ишь, кавалер выискался! Смотреть тошно...
- А ну вас, - махнул рукой Василий и вышел, хлопнув дверью.
- Теперь молчи, виду не подавай, - принялась Алена наставлять подругу. - Провожать не ходи, пускай думает, будто ты ничего не подозреваешь.
Они замерли, прислушиваясь к шуму в соседней комнате. Вот щелкнули замки чемоданчика, который Василий всегда брал с собой, когда уезжал, вот глухо шмякнулся об пол тяжелый рюкзак, приготовленный в дорогу. А потом Василий замурлыкал песенку своей молодости про любимый город, который может спать спокойно, и видеть сны, и зеленеть.
- Молчи! - шепнула Алена. И тут же сама заговорила взволнованно: Ишь, запел. Спите, мол, тут, дрыхните на здоровье, а я поеду свои делишки обделывать.
Алене не повезло в семейной жизни. Муж бросил ее на третий год после свадьбы, бездетную, кругом одинокую. На нее этот разрыв подействовал так тяжело, что она больше не решилась выходить замуж. Так и жила, считая всех мужчин ветренниками, которые только и думают, как бы сделать женщин несчастными.
- Маша! - крикнул Василий через стенку. - Ты собираешься? Пора уж.
Не услышав ответа, он приоткрыл дверь.
- Ты разве не проводишь меня? - спросил он, видя, что жена не двигается с места.
- Поезжай уж, - выдохнула Мария. - Я устала.
- Ну, как знаешь. - Он подошел к ней, поцеловал в щеку. - Приеду через две-три недели. Писать не смогу...
- Вот видишь? Что я говорила? Не хочет, чтобы провожала, - заговорила Алена, когда Василий ушел. - Ну я уж поймаю, от меня не уйдет. Ты сиди тут и ни с места, а я пойду. Всю правду вызнаю, уж не сомневайся...
Алена прибежала через час, раскрасневшаяся, с торжеством в глазах.
- Что я говорила?! Ты слушай, слушай, зря не скажу. Мужик он и есть мужик, только отвернись...
- Расскажи толком, - взмолилась Мария. - Что было-то?
