Лаванда нагнула головенку, не в силах сдержать улыбки, и побежала скорее к маме. Вайолет с дочкой ушли, а я нашла место и прикрепила кнопкой новую картину. Подростком я пару недель работала в летнем творческом лагере. Больше всего мне нравилось общаться с самыми маленькими. Поступив в колледж, я лелеяла мечту как-то соединить искусство и детей, но потом разуверилась в себе и бросила учебу.
Я уже хотела снова вернуться к делам, когда из отцовского кабинета донесся смех. Через несколько секунд папа появился на пороге, за ним маячил Алекс. Они весело улыбались, и я рискнула предположить, что переговоры прошли удачно.
– Куини, детка, как хорошо, что ты здесь! Позволь представить тебе нового члена сборной, а ты поможешь мне подготовить для него все необходимые документы.
– Конечно, с удовольствием, – я встала, готовясь приветствовать неназванного игрока. Насколько я знаю, обмен после начала сезона – штука довольно редкая, но папа с Алексом выглядели очень довольными.
Из кабинета вышел молодой человек, и папа хлопнул его по плечу.
– Куини, это Кори Слейтер!
Я с трудом удержала улыбку, не поморщившись.
Я знаю Кори.
И не потому, что он играет в НХЛ и не сходит со страничек соцсетей по самым скандальным поводам. Кори Слейтер – мой бывший.
Не может быть.
Ну почему именно сегодня, когда я утопаю в блаженстве после великолепного секса?!
Вернее, утопала.
Потому что из моего прошлого только что повеяло не скажу чем и все испортило.
Кори Слейтер – законченный хрен.
Причем как раз упомянутой частью гордиться ему не приходится.
Именно из-за Кори я видеть не могла хоккей добрые шесть лет, особенно когда Слейтер попал в НХЛ и начал играть за мою любимую команду. Даже сейчас я стараюсь не смотреть матчи с его участием, но теперь я этого делать не смогу, потому что Кори будет играть за Сиэтл.
Я хотела притвориться, будто мы незнакомы, но поняла – не получится.
Особенно при виде его усмешки. Кори дернул подбородком.
– Привет, Куини.
– Здравствуй, Кори. Давно не виделись.
Папа вертел головой, как кот, следящий за цифровой мышкой на экране айпада.
– Вы знакомы?
– В одном колледже учились. На первом курсе, – я сама слышала, что говорю как робот, но я едва сдерживалась.
Вот не думала увидеть Кори так близко… Конечно, он мелькал на льду, но он же играл за Филадельфию, и мне приходилось видеть только его фамилию на хоккейном свитере, а не тупую самодовольную морду каждый, блин, день! За исключением моих редких выходных…
И от Кингстона теперь не скрыть. Ситуация получалась не очень. Даже очень не очень.
– У папаши работаешь? – спросил Кори.
Со стороны могло показаться, что он пытается поддержать вежливый разговор, но я угадала скрытое презрение: я до сих пор цепляюсь за папину руку, а Кори зарабатывает миллионы в год за то, что гоняет по льду кусок резины.
Конечно, я упрощаю, все куда сложнее, но я отнюдь не обрадовалась нашей встрече. Мысленно я порвала Слейтера на куски, но дать сколько-нибудь реальный отпор не могла – профессиональные рамки.
– Временно. Папина личная помощница ушла на пенсию, и меня попросили помочь. Я ведь разбираюсь в хоккее.
– О да, ты, безусловно, специалист по хоккею, – Кори закивал.
Это могло сойти за неуклюжий комплимент, но на самом деле Кори Слейтер меня оскорблял, намекая, что я больше интересуюсь хоккеистами, чем хоккеем. Раз я работаю у отца и встречаюсь с игроком сборной, со стороны все именно так и выглядит.
– Кори нужно заполнить документы, а затем покажи ему, пожалуйста, спорткомплекс, – обычно папа отдает приказы коротко и внушительно, но сейчас в его голосе слышалась неуверенность.
Я фальшиво улыбнулась.
– Конечно. Я настрою ему планшет, но если готовые документы нужны сегодня, я проверю, есть ли у нас распечатки. Они должны быть в твоем кабинете.
Это был мой способ уединиться с папой на минуту, чтобы объясниться и, по возможности, снять камень с его души. Информацию нужно выдавать очень осторожно, потому что папа вообще не в курсе дела. Расскажу основные факты и стану надеяться, что Кори не протупит. Прошлое лучше не ворошить – пусть остается погребенным под грудой пластиковых стаканчиков в студенческом общежитии.
Я прошла мимо Кори в кабинет. Папа предложил Слейтеру быть как дома и вошел за мной. Меня трясло от волнения, струйки пота стекали по спине. Глубоко вздохнув, я повернулась к отцу.
– Что между вами было? – большим пальцем папа показал за плечо.
Стараясь не суетиться, как обычно, когда я нервничаю, я открыла шкаф с папками и принялась искать бумажные копии, которых осталось еще предостаточно.
– Да так, ерунда. Мы недолго встречались на первом курсе.
Папа сложил руки на груди.
– На каком первом курсе, и недолго – это сколько?
Я, видите ли, сменила несколько колледжей.
