Дед Мороз протянул мне руку, и я, как завороженная, вложила в его ладонь свою. Он легко прижал меня к своей груди и шепнул «Не бойся, я веду».
Не успела я испугаться, как Стас уже пристроил свой телефон на тумбочку у входа и включил музыку.
А меня охватила дрожь пополам с паникой. Я не умею танцевать вальс!!! Я вообще танцую из рук вон плохо!
Однако я умею намного больше, чем эта девочка… И самое главное – ходить.
– Сложно делать добрые дела, да, Кристина? – шепнул мне Стас, пока мы кружились в центре огромной гостиной. Его близость волновала не на шутку и пьянила похлеще дорогого вина. Я с трудом сбросила наваждение и фыркнула:
– Я просто не люблю что-то делать плохо. А танцую я так себе. Вернее, совсем не умею…
Он прищурился:
– Даже если так, она этого и не заметит. Но зато навсегда запомнит, что ради нее танцевали Дед Мороз и Снегурочка.
Он прав. Счастье ребенка дороже.
Но я озвучила то, что меня всерьез волновало:
– Почему они живут в таком дорогом отеле, когда эти деньги можно направить на лечение ребенка?
Стас пожал плечами:
– Может быть, потому, что хозяин отеля оплатил лечение Кати? Ее операция назначена через несколько дней. Я не зря сказал, что это единственный заказ от господина Крылатова.
Мои глаза расширились от изумления.
– Кажется, я заочно влюбилась в этого потрясающего человека!
Стас тихо рассмеялся, и музыка почти сразу закончилась. Мама и дочка хлопали так громко, что казалось – еще немного, и они отобьют ладони.
– С Новым годом, Катя! – Стас опустился перед девочкой на одно колено и дотронулся до ее щеки. – Я обязательно исполню остальные твои желания, обещаю.
Лицо ребенка озарила искренняя улыбка.
– Я знаю, Дедушка Мороз! Ты же самый добрый!
Едва мы вышли из номера, я обессилено привалилась к стене.
– Не думала, что когда-нибудь скажу это. Мне нужно выпить. Не представляю, как ты справляешься с подобным каждый год. Даже если «хотелки» постояльцев оплачивает хозяин.
Стас улыбнулся, и прядь темных волос выбилась из-под шапки и упала ему на лоб.
– Дело привычки, – просто сказал он. – И правда, давай сделаем перерыв и чего-нибудь выпьем. Трезвые Дед Мороз и Снегурочка – нонсенс.
– Нет-нет, я погорячилась, – запротестовала я. – Не беспокойся, я в порядке. Пойдем к следующим счастливцам, напарник?
Он рассмеялся, а у меня отчего-то сильно забилось сердце.
– Мне нравится, когда ты так говоришь, Кристина.
Но далеко уйти нам не удалось. Мы поднялись на второй этаж, и на выходе из лифта столкнулись с подвыпившей троицей.
– О, Дед Мороз и Снегурка! – хохотнул один из них. – Спойте нам песенку про елку.
Стас смерил его ледяным взглядом.
– Как только протрезвеешь, так сразу.
– Чего? Ты в своем уме, Дед?! Быстро пой, в этом отеле у нас все включено!
– Сочувствую. Отелю.
Троица взревела, и один из мужчин, самый высокий и накаченный, замахнулся на Стаса, но тот и не думал терять невозмутимость. Легко увернулся от удара и сделал подсечку, отчего подвыпившее тело шлепнулось на пол. Его друзья на мгновение опешили, а затем бросились на Стаса с кулаками.
Наверное, мне следовало отпрыгнуть в сторону и не влезать в мужские разборки. Но когда я в подобных ситуациях поступала разумно? Даже в школе ввязывалась в драку из-за лучших друзей. Снежкову, как говорится, и костюм Снегурочки не исправит.
Я развернулась и с силой тюкнула каблуком по голени третьего из нападавших. Он взвыл и запрыгал на одной ноге, как цапля.
Стас с легкостью уложил второго и, увидев, что я сделала, поднял ладонь вверх. Я хлопнула по ней и расхохоталась. Боже, это самый невероятный канун Нового года в моей жизни!
На лестнице послышался топот ног, и в холл второго этажа влетели пятеро охранников. Интересно, как они узнали? Хотя в таком дорогом отеле наверняка видеокамеры понатыканы на каждом углу.
Постанывающую троицу немедленно скрутили, и к Стасу подошел пожилой мужчина невзрачной наружности.
– Как вы? – тихо спросил он.
– Сносно, – отмахнулся Стас, и я увидела, что он вытирает кровь с пореза на щеке. Похоже, один из нападавших царапнул его кольцом или чем-то в этом роде.
– Твою рану нужно обработать, – подскочив к напарнику, решительно заявила я.
Стас растянул губы в улыбке:
– Неужели ты предлагаешь услуги самой лучшей на свете медсестры?
Я фыркнула.
– Ты меня переоцениваешь, но оказать первую помощь я могу. Идем!
Мы вновь очутились в комнате для отдыха персонала, на этот раз на втором этаже. Испуганная горничная принесла аптечку и задержалась на пороге, не сводя взгляда с Деда Мороза. Мне это почему-то не понравилось, и я решительно вытолкала девушку за дверь.
Пока Стас разговаривал с кем-то по телефону, я вымыла руки и взяла антисептик. Побрызгав лекарством на ватный тампон, я приложила его к порезу на щеке напарника, и он зашипел сквозь зубы, мгновенно свернув разговор.
– Потерпи, скоро станет легче. – Я поджала губы, поглядывая на маячивших в проеме двери горничных. Если Стас тут не первый год работает, то поклонниц у него… целый проем!
И, повинуясь неожиданному порыву, стянула его бороду вниз.
