Секретарь для С.У.П.(а) полностью

— Замёрзла? — улыбнулся шеф, выпуская изо рта белый пар.

— Да, — протянула я, глядя ему в глаза. Это был некий контраст его чёрных глаз и белоснежного снега.

— Это очень мило, но мы спешим.

Я прочистила горло и бросила недовольный взгляд на эльфа. Он в ответ показал язык и с довольной миной направился к кафе.

— Я думаю, его дадут скоро, — через некоторое время заговорил Сергей.

— Кого его? — растерялась я.

— Он про отопление, — ответил Ольгерд.

— Очень здорово! — пересилив себя, улыбнулась я эльфу.

После обеда мы снова вернулись в офис. Шеф передал мне недавно прибывшую увесистую папку, с просьбой разобрать документы 'по полочкам'.

— Виктория, принеси мне кофе! — раздался голос Ольгерда из маленького приёмника на моём столе.

— Ты не пьёшь кофе, — ответила я, нажимая пальцем на белую кнопочку.

— Кто сказал?

— Ты как-то упомянул…

— Я начальник?

— Да.

— Я дал приказ?

— Гм.

— Неси.

Я хмыкнула и отпустила кнопку. Ни куда не пойду. Мне ещё много чего перебрать нужно.

— ВИКА! — крикнул эльф так громко, что я услышала его и без приёмника.

— Слушаю, — спокойно произнесла я в приёмник, нажав на кнопочку.

— Где мой кофе?

— Дома, наверное.

— Я ТЕБЯ УВОЛЮ!

— Не имеешь право. Принимал меня Сергей.

Он рыкнул и замолчал. Я отпустила кнопочку и продолжила рассматривать документы.

Рассортировать всё на работе я не успела. Пришлось брать часть домой. Дома меня встретил противный запах сигарет и приторный аромат духов. Я зашла на кухню и распахнула два окна.

— Привет, милая, — произнесла мать, плавно махнув мне в знак приветствия рукой, в которой была зажата тонкая чёрная сигарета.

— Я же просила, — нахмурилась я. — Выходи в подъезд!

— Милая, ну как возможно! Выходить курить в подъезд, как последней оборванке или барыге!

— А курить в квартире это нормально?

— Подумаешь. Не так уж много я курю.

Она закинула ногу на рядом стоящий стул и поправила свободной рукой причёску. Я глубоко вдохнула свежий морозный воздух вперемешку с этими противными духами.

— У меня голова болит от сигаретного дыма.

— Что поделать.

— И от твоих духов.

— Это французские духи, душечка! Они не могут быть противными.

Я глубоко вздохнула и выдернула из её пальцев сигарету. Потушила в пепельнице и выкинула в окно.

— Мусорить не прилично, — безразлично ответила она и потянулась за пачкой. Я перехватила её раньше матери, и она последовала примеру окурка.

— Это возмутительно!

— В моём доме не курят! — произнесла я и пошла в свою комнату.

— Вредина мелкая! — крикнула в спину мать.

— Хочешь курить — иди на площадку!

Я заперлась в комнате и кинула папку на стол. В ней содержались документы, сведенья, отчёты, доклады, наблюдения о ватверах. Я включила настольную лампу и с любопытством стала рассматривать сведенья. Всёго пару бумаг оказались в стопке столетней давности, остальная оставшаяся стопка была на тему нашего прошлого выезда. Тут были и мои отчёты, и отчёты Ольгерда, и сведенья, наблюдения.

Откинув отчёты, на глаза попались сведенья о ватверах, с прикрепленными изображениями.

Следующий документ был написан от руки. В левом углу листа была прикреплена фотография черноволосой, смутно знакомой, девушки.