Начнем с того, что добыть расписание преподавателей оказалось делом не таким простым, как могло показаться. Ну, хотя бы потому, что там заседали… пауки. А я их жутко боюсь с детства. Хотя, тут я была несколько неточна в описании. Сотрудники учебной части выглядели некой помесью между людьми и пауками. То есть имели четыре руки, две ноги и несколько пар глаз, что ассоциировались у меня с паучьими, поэтому неудивительно, что первой моей реакцией оказался крик. Не слишком громкий, но я все-таки перепугалась, а когда один из сотрудников вышел, чтобы поинтересоваться, как я себя чувствую, начала дрожать. Неудивительно, что меня приняли за больную.
Однако, не смотря на свой страх, я все же смогла сказать, с какой целью вообще пришла в учебку. Человек-паук, выслушав мои путанные объяснения, очень удивился, что заместителю ректора понадобилась такая информация. Тут я начала подозревать, что меня направили к этим жутким, но вежливым сотрудникам не просто так. Только вот, зачем Ксим решил таким образом меня напугать, в толк взять не смогла.
Не смотря на удивление, человек-паук, которого звали Тим, дал мне всю нужную информацию и пожелал удачи. Подозреваю, удачи он желал не в работе, а в стремлении пережить все поручения начальства.
В бухгалтерии, где заседали женщины, чем-то похожие на потоки воздуха, тоже не поняли, зачем Ксиму шаблон табеля, но все же выдали требуемое.
— Ты же новая секретарь заместителя ректора? – с любопытством в глазах, уточнила молоденькая девушка с легкими как перышко волосами. Чем-то она напоминала белый одуванчик.
— Да, это я.
— Удачи тебе в нелегком деле, - улыбнулась она, заставив задуматься: а чего это они мне все удачи желают, как будто надеются на что-то?
— Спасибо, - поблагодарила я, выходя за дверь.
Но самым неожиданным поручением для меня оказалось позирование. Хотя нет, не так. Я была подставкой для предмета, который мой начальник вдруг решил нарисовать.
— Зачем? – этот вопрос был моей первой реакцией на его слова.
— Все время забываю, что с магией ты совсем не знакома, - вздохнул Ксим и терпеливо объяснил: - Для того, чтобы создать какой-то предмет щелчком пальцев, нужно его сначала нарисовать. Я периодически набрасываю кое-какие нужные во время занятий предметы и рассовываю по карманам.
Необычный подход к созданию предметов. А я-то думала, что все появляется просто по щелчку пальцев. Оказывается, это еще и кропотливый труд. Да еще и талант художника требуется.
И вот я уже полчаса держу на вытянутых руках какой-то продолговатый предмет, чем-то напоминающий ручку, а Ксим старательно все зарисовывает.
К тому времени, как в дверях появилась ректор, мои руки так затекли, что я пожалела, что мало занималась отжиманиями в подростковом возрасте, когда у меня с еще была физкультура в школе.
— Что здесь происходит? – удивление ректора Штольман было таким натуральным, что я тут же начала подозревать что-то нехорошее. – Лиля, что вы делаете?
— Держу предмет, который в будущем заместитель ректора планирует воспроизвести из рисунка щелчком пальцев, - честно ответила я, не обращая внимания на выразительные гримасы Ксима.
— Из рисунка, значит, - как-то очень нехорошо произнесла Натаниэлла Штольман. – Ксимилан, ты опять за старое?
— Сестренка, только не сердись, - поднимая руки в защитном жесте, Ксим начал отступать к своему столу.
— Лиля, выйдите, пожалуйста, нам с братом необходимо переговорить наедине.
Я, даже секунду не поколебавшись, с облегчением опустила затекшие руки и торопливо вышла за дверь. Просьбам начальства, тем более сказанным в приказном тоне, не перечат. Даже если другое мое начальство против.
Оказавшись в приемной, я планировала сесть за свой рабочий стол, но вдруг услышала, совершенно случайно, конечно, свое имя в связке со словом «пожалей» и прижала ухо к двери, уже точно специально намереваясь подслушать их разговор. В конце концов, это касалось меня напрямую!
А послушать действительно оказалось о чем.
— Я тебя разве не предупреждала, что еще хоть раз и…
— Лиля не похожа на остальных, - возразил Ксим таким тоном, что мне почудилось, будто я какая-то интересная зверушка, за которой он наблюдает.
— Ты так про каждую говоришь. А потом оказывается, что очередное девичье сердце разбито по той или иной причине. Только вот ни одна из них не соответствует истине.
Судя по тону ректора Штольман, Ксим больше походил на наркомана, который зашился, а теперь, когда появилась я, вот-вот сорвется. Не думала, что действую на него таким образом.
— Последней была Триша, после которой ты поклялся мне не заглядывать больше в будущее своих девушек. И что я вижу! Ты опять рисуешь портрет, чтобы сделать это!
— Лиля не моя девушка! – выкрикнул мой начальник, но тут же сбавил тон, видимо, вспомнив, что я за дверью. – Да, я рисую ее потрет, чтобы заглянуть в будущее, но это никак не отразится на наших взаимоотношениях.
На несколько мгновений за дверью воцарилось напряженное молчание, как будто в кабинет происходил поединок взглядов, но потом Натаниэлла Штольман произнесла практически бесшумно:
