«Вавилон» встретил его огнями, веселым шумом, поцелуем Майкла, предано заглядывающим в глаза, и возгласом Эммета:
— Брайан! А мы раньше пятницы тебя и не ждали. Решил отметить досрочную победу?
— О чем это он? — подозрительно прищурился Майкл.
— Я думаю, что после той встречи на выставке, когда вы шли такие разгоряченные... ты же осчастливил мальчика?— спросил Ханикат.
— Ты ходил на выставку? Почему меня не взял? Мы уже сто лет с тобой никуда не выбирались, — насупился друг. — Значит, для Чучела ты время нашел, а для меня всегда занят.
При этих словах, Брайан поморщился.
— Блядь! Только не говори, что ты мечтаешь пригласить меня в кино или цирк?
— В цирк? — захлопал глазами Майкл
— Забудь, — отмахнулся Кинни. — И на выставке я был по работе.
— Ну, да! Ну, да! Кто же спорит?! Работа превыше всего. Мне бы такую работу, — невинно улыбался Эммет. — Но мы отвлеклись от главного. Ты трахнул его или…
— Да, Брайан, давай рассказывай, — подал голос, молчавший до этого Тэд.
— Конечно, трахнул, вы что, сомневались, что ли? — фыркнул Кинни.
— Снимаю шляпу, мистер Кинни. Примите от всех присутствующих поздравления. Оставшаяся часть выигрыша всенепременно будет доставлена вам в лофт завтра же, — шутливо поклонился Эммет.
— Кстати, вот об этом я хотел с вами поговорить, вернее, попросить, — начал Брайан. — Не болтать нигде про это пари. Не хочу, чтобы до мальчишки дошло. В конце концов, мне с ним работать. Виски можете больше не покупать. Будем считать, что все уже улажено.
— О! Конечно, конечно, дорогуша! Если ты так хочешь…
— А почему это ты так за него переживаешь? — насупившись, спросил Майкл.
— Я за себя, Майки, переживаю, а не за него. Я же уже сказал, мне с ним работать.
Брайан опрокинул очередную порцию виски и пошел в сторону комнат отдыха, не считая нужным дальше обсуждать эту тему.
Друзья смотрели ему вслед.
— Дааа! Чувствую, влюбился наш Кинни в этого парня, — вдруг выдал Ханикат. — Только сам этого еще не понял, или не хочет признавать.
— Что? С чего это ты взял? Не мог он влюбиться в такое чучело, — возмутился Майкл. — Брайан вообще ни в кого не влюбляется.
— Пути любви неисповедимы, сладкий! — философски пропел Эммет. — Любовь зла, полюбишь и…
— Да ничего подобного! Брайан не мог… не мог влюбиться в этого… — пыхтел Майкл, покрывшись красными пятнами.
— Да ты-то чего так разнервничался? Тебе-то что? Или… я слышу нотки ревности, а, Майки?
— Ничего подобного, я не ревную, я… я… я просто… просто не понимаю… как можно в такого влюбиться? Он же… он же… он же чучело! Он сам так говорил, а он… он такой…- Майкл не мог подобрать слов, заикался и уже жалел, что слишком бурно отреагировал на это.
— Вот его ты и спроси, а не меня. Ладно, готовим вечеринку-сюрприз на пятницу. А сейчас можно и по «Космо»! — подвел итог Эммет.
Никто тогда и предположить не мог, во что выльется этот сюрприз.
Глава 20
Вернувшись из клуба, Брайан никак не мог уснуть. Расслабиться не удалось. Он лежал, глядя в потолок, курил одну за другой сигарету и пытался хоть как-то привести мысли в порядок.
Брайан терпеть не мог, когда ситуация выходила у него из-под контроля. Но сейчас был именно тот случай. Первый раз, он просто плыл по течению. Кинни, конечно, был уверен в друзьях. Уверен, что они не проболтаются, но где-то в глубине души червячок сомнения все же присутствовал и тихонько так покусывал: « А вдруг?»
Брайан пытался понять, что так тревожит его, что не дает наслаждаться жизнью, как раньше. Жить, не оглядываясь, ни в чем, не сомневаясь, не быть никому обязанным, ни о ком не заботиться и не утруждать заботой о себе. Все так легко и просто. Но дело было не только в том, что пошли прахом его принципы, а в чем-то еще. И он никак не мог понять в чем. А когда, в конце концов, до него дошло, то Кинни аж подскочил и сел на кровати. Он боялся! Да, боялся! Он так забетонировал свое сердце, такие возвел крепкие стены вокруг себя, что был уверен – никто и никогда не пробьет их, пока он сам не захочет. Но вот кирпичик за кирпичиком Джастин разбирал его баррикаду, и не было никакой возможности остановить это. И как только последний кирпичик упадет, он окажется лицом к лицу с тем, что так старательно избегал, не позволяя даже думать об этом – с любовью. Этот смешной, неуклюжий мальчишка не просто дотронется до его сердца, а заберет себе, станет его хозяином.
Осознание этого повергло Кинни в шок. Этого не могло произойти, только не с ним и не сейчас.
Вспомнились рисунки Джастина, которые он увидел в его альбоме. Еще тогда у него сложилось впечатление, что парень как будто заглянул ему в душу, увидел его не тем бессердечным засранцем, которым он хотел казаться, и которым все его считали, а настоящим. И это тоже пугало и нервировало до чертиков.
Почти на рассвете Брайан все же уснул, но такой сон не принес ему облегчения, а только одну головную боль.
На работу он приехал в отвратительнейшем настроении. Естественно, досталось всем. Никто не мог ему угодить в этот день.
