Теперь он был настоящий блондин. Тейлор дотронулся до волос. Они были мягкие и шелковистые на ощупь. Тусклость исчезла, появился золотистый блеск. Их слегка осветлили и сделали легкое, еле заметное мелирование. Длина волос осталась, но пряди были подстрижены неровно, словно специально, создавая гламурный беспорядок на голове.
- Ну, что же, полагаю, немой восторг – лучшая похвала для мастера.
- Спа-спасибо! Это, это здорово! – пролепетал Тейлор.
- Слава, Богу! Немые заговорили! – Монти взглянул на часы. – Можешь подождать Марго вон там, за столиком. Кофе?
- Нет, спасибо. Я на улице, на воздухе лучше подожду.
- Хорошо, - стилист еще раз окинул его взглядом, любуясь своей работой.
Джастин вышел на улицу. После запахов салона, воздух показался свежим и чистым. Он поискал глазами Марго и Эрика.
Вдруг, кто-то коснулся его плеча. Тейлор обернулся и замер.
— Джастин?! — приятная моложавая женщина с такими же светлыми волосами стояла в шаге от него.
— Мама? — такой встречи он просто не ожидал.
Они стояли и смотрели друг на друга.
После того, как его выставили из дома, он ничего не слышал о семье. Они вычеркнули его из своей правильной жизни раз и навсегда, и боль этой утраты затаилась где-то глубоко внутри, но не прошла, хотя со временем она притупилась и почти не беспокоила. Вот только память, такая капризная штука. Хочется порой стереть что-то, забыть, но она не дает и не отпускает.
Джастин прекрасно помнил тот день, как будто это было вчера. Отец орал, потрясая телефоном, а мама молчала, глядя на него полными слез глазами. Она, как будто оцепенела, так и не проронив ни слова. И даже когда уходил — не защитила, не остановила.
Казалось, что это было так давно, где-то, в другой жизни. Джастин вдруг почувствовал, как тугой ком сжимается внутри.
Мамины руки, глаза, голос, тепло объятий — все это остается с нами на всю жизнь. Порой так хочется уткнуться в ее колени и почувствовать себя ребенком, чтобы теплые, добрые ладони погладили, успокоили, пожалели, и не важно, сколько тебе — пять, двадцать пять или сорок.
Джастину частенько хотелось, как в детстве, зарыться носом в мамины волосы, пахнущие лавандой, и ощутить умиротворение. Первое время, она почти каждую ночь снилась ему, и он надеялся, что мать обязательно придет, все поймет и примет таким, какой есть… но…
Но время шло, а его надежда утекала, как песок сквозь пальцы, оставались только воспоминания и боль, тлеющая где-то в груди. Он привык к ней, к этой боли, а потом смирился и перестал замечать.
Дафна — вот кто стал для него жилеткой, в которую можно поплакаться, плечом, на которое можно опереться, да и коленями, на которых он частенько засыпал перед телевизором, убаюканный нежными руками девушки.
И теперь, глядя на эту женщину, Джастин пытался понять, что чувствует, осталось ли хоть что-нибудь кроме обиды и боли? Осталась ли любовь, не угасла ли она так же постепенно, как и надежда.
— Не ожидала увидеть тебя здесь. Мы тут отдыхаем… Я слышала, ты вернулся в Питтсбург.
Она сделала шаг, сокращая между ними расстояние, и Джастину показалось, что она хочет дотронуться до него:
— Ты стал такой взрослый и такой… Как ты?
— Не думаю, что тебе это действительно интересно, но у меня все хорошо. Да, я живу в Питтсбурге, а здесь по работе, — немного грубовато перебил ее парень, отступая. — Как Молли?
— У нее тоже все замечательно. Джастин, я…
— Джастин!
Он обернулся. Эрик махал ему рукой.
— Извини, но мне надо идти.
— Джастин…
— Мне надо идти, — твердо произнес он, и, не попрощавшись, спокойно направился навстречу Эрику, хотя ему очень хотелось побежать.
Джастин почувствовал, что еще немного, и он сорвется, он просто не выдержит, вырвется та лавина чувств, которая давно была похоронена глубоко внутри. Тейлор обрадовался, что Эрик и Марго появились именно в этот момент.
— Джастин! — парень восхищенно провел рукой по его волосам. — Как здорово! Тебя не узнать! Ты стал просто красавчиком!
Тейлор постарался непринужденно улыбнуться в ответ.
— Я же всегда говорила, что Монти волшебник, — довольная Марго, уже щелкала своим фотоаппаратом. — Мальчики, я зайду на минуту, поблагодарю мастера.
— Мы с тобой пойдем, да Эрик? — Джастин схватил парня за руку и потащил в салон.
Ему необходимо было скрыться от взгляда, прожигающего спину.
— Хорошо, пошли, — немного удивился парень, но ничего спрашивать не стал.
Появление матери выбило Джастина из того хрупкого душевного равновесия, которое только-только установилось, вернее начало устанавливаться. И вот судьбе было угодно устроить эту неожиданную встречу.
Еще раз, поблагодарив Монти, они вышли из салона и сели в машину
Тейлор погрузился в свои мысли, и не сразу услышал, что Эрик зовет его.
— Джастин? Эй? — парень пощелкал у него перед носом. — Что с тобой? Ты с нами?
— А? Нет, ничего. Все нормально. Я просто задумался.
— А что это за женщина, с которой ты разговаривал?
— Это… это просто знакомая. Неважно.
— Ладно, — брюнет пожал плечами. — Знакомая, так знакомая.
