— Интересный вариант, — согласилась я, лениво ковыряя большой рыбий бок и прикидывая такой расклад. — Проблема в том, что если гномы не уйдут, их изделия в цене не повысятся, и я могу сильно потерять на перепродаже.
— Рисковое вложение, — пожал плечами Элор. — А земли… Полагаю, основные военные действия будут вокруг Пат Турина. Как ты знаешь, земля вокруг него мёртвая — и это, скорее всего, последствия прошлых сражений с Безымянным ужасом и демонами, так что земли рядом с Пат Туринской степью я бы брать не стал — есть вероятность их омерщвления. И вообще сейчас магия из мира уходит, все оросительные системы срочно переделывают на механику, а это требует дополнительных затрат и работает не так хорошо. Думаю, именно там будет самое сильное падение цен на землю. В процентном соотношении, конечно.
Обсудили мы и финансовые перспективы покупок в центре развлечений империи — Старой столице возле цитадели Фламиров, но пришли к заключению, что мне там ничего не продадут, а если продадут, потом весь мозг съедят попытками повлиять на Элора.
Разговор затянулся до глубокой ночи, и хотя, в общем-то, все мои денежные дела не имели особого значения для Элора, он беспокоился всё больше. Но не из-за моих планов — просто приближался штурм Пат Турина, который определит целостность межмировой печати, защищающей нас от пожирающего магию чудовища.
Это мы здесь и сейчас ели, пили, болтали о деньгах, перспективах, а в сухой жаре пат туринской степи армия готовилась к прорыву щита и сражению с боевыми големами, заражёнными вестниками Бездны…
— Это ведь может оказаться историческим моментом, — вдруг сказал Элор и покачал вино в кубке.
— Да, — согласилась я.
— Хочу свой первый поцелуй, — он улыбнулся и протянул мне руку через стол.
Пришлось вложить пальцы в его ладонь. Элор поднялся и потянул меня к дивану.
— О горизонтальной плоскости мы не договаривались, — напомнила я.
— Я просто хочу рядом полежать остаток ночи.
— Элор…
Он накрыл пальцем мои губы, и я невольно втянула воздух: сквозь вино и специи отчётливо пахло корицей. Чувственно и нежно. Свободной рукой Элор обхватил меня за плечи и усадил на диван рядом с собой.
— Поцелуй, — напомнил томным шёпотом.
Элор пристально следил за мной из-под полуопущенных ресниц, когда я наклонялась вперёд, тянулась к его губам. Они были сладкими от вина, с острыми нотами перца. Горячие ладони скользнули по моей спине, придавливая к Элору, а я поняла, что глупо было обещать ему поцелуи. Не стоило — его прикосновения, дыхание, дрожь возбуждения напоминали о смерти.
Лежать с ним рядом остаток ночи я не согласилась.
Проснулась я от собственного крика, неимоверным усилием толкнула себя с кровати и рухнула на пол. Это пробудило и отвлекло от эмоций мгновенно.
Рассвет.
Скоро начнётся штурм Пат Турина, а я… пошла писать казначею с управляющим, потом — вассалам: надо их поддержать и успокоить в этот тревожный час.
Когда настало время отправляться в ИСБ, я уже всё закончила и была полностью готова к службе. Элор постучал ко мне — вместе пойти к телепортационной площадке, как мы делали обычно во времена жизни здесь принца Арендара, когда Элор был единственной гарантией того, что земля подо мной не начнёт вести себя странно.
— Как в старые добрые времена, — улыбнулся мне Элор.
— Да, — согласилась я.
Но это было не как в старые добрые времена: от принца Арендара больше не будет подлянок, в парке слишком много гвардейцев, а шагающий по дальней дорожке отряд возглавляла сама императрица Ланабет. Одетая как мужчина, с призванным луком в налучье, она шла уверенно, хотя верхнюю часть её лица вместе с выеденными порождениям Бездны глазами скрывала кружевная полумаска.
Элор заметил её, и я ощутила, как сожалением и злостью полыхнули его эмоции.
Ему не нравилось, что она снова при оружии и обходит территорию? Или его злит, что они не смогли её, избранную рода Аран, защитить?
«Спроси, — посоветовал жаждущий ехидно. — Скажи, что тебе в мозгу у него ковырятся не с руки, пусть сам рассказывает».
