«Итак, авария. Я потеряла сознание. Таксист, судя по тому, что прибывшая полиция сразу позвонила в ресторан, не пострадал. Сто процентов, это он сообщил, откуда забирал клиентку и что ее провожал мужчина. Значит, вероятность какой-то провокации или того хуже стремилась к нулю. С этим понятно. Теперь надо справиться о здоровье».
– Так, Айна, остановись! Скажи лучше, что со мной? У меня ничего не болит, только голова кружится немного. Это меня беспокоит.
– Ой! Стелла! Тебе страшно повезло! Машина влетела на полном ходу в яму. Глубокую очень. Водой размыло. Ливень все залил, и таксист ее не увидел. Удар был сильный. У него рука поломана и все лицо разбито. Если бы не ремень, могло быть много хуже. Ты, кстати, была не пристегнута! Короче, как нам сказали, небольшое сотрясение головы и выбито плечо. Его уже вправили. Конечно, накачали обезболивающими и снотворным. Ты всю ночь пролежала, не шелохнувшись. Мы тут около тебя сидели. Сейчас доктора позову, он все подробно расскажет.
Звать врача не пришлось. Открылась дверь, и в палату вошел довольно молодой человек в белом халате.
– Господа, прошу вас выйти. Мне необходимо осмотреть пациентку, – и, не дожидаясь, когда друзья выйдут, подошел к Стелле и взял ее за запястье. Стелла поняла, он меряет пульс, и не стала задавать вопрос, который мучил ее больше всего. Вежливо дожидалась, когда доктор Мин Чу Вай – так было вышито шелковой синей нитью на нагрудном кармане халата – закончит, но не дождалась. Доктор профессионально обратил внимание на безмолвные волнения пациентки и, упредив ее вопросы, заговорил сам:
– Уважаемая мисс Лэй, мы рады приветствовать вас в нашей клинике, и будьте уверены, мы окажем максимальную помощь и соответствующее лечение, чтобы вы смогли в ближайшее время вернуться к вашему обычному распорядку. Мы уже провели весь комплекс необходимых мероприятий, и я со всей ответственностью готов сообщить вам, что травмы оказались незначительными. Легкое сотрясение и вывих левого плеча. Прогноз более чем благоприятный. Сегодня мы разрешим вам покинуть клинику, и примерно через неделю, максимум две вы будете практически здоровы. Естественно, все это время придется щадить руку и пользоваться специальным бандажом, который вы получите у нас со всеми инструкциями. Теперь что касается вашей беременности: простите вашу подругу, но она совершенно правильно сделала, что уведомила нас об этом прекрасном обстоятельстве. Все обошлось. Вы в полном порядке, можете не сомневаться.
Вот так, почти удачно, завершился поход в ресторан с подругой. Уже вечером следующего дня после аварии Стелла вернулась домой. Плечо, конечно, ныло, но терпимо. Бандаж оказался на редкость полезной штукой. А анальгетики пить не стала. Мало ли как это может отразиться на будущем ребенке. Тот разговор со своим предком, который привиделся ей, пока она находилась в забытьи, не выходил из головы. Не покидала мысль, а сон ли это на самом деле? Слишком уж явственно и реально все было. Вспомнилась древняя даосская притча «Великий сон» от Чжуан-цзы. Там было сказано: «Когда нам что-то снится, мы не знаем, что видим сон. Во сне мы можем даже гадать по своему сну и, лишь проснувшись, знаем, что это был только сон. Но есть еще великое пробуждение, после которого ты узнаешь, что мир есть великий сон. А глупцы думают, что они бодрствуют и доподлинно знают, кто в мире царь, а кто „пастух“». В общем, отпечаталось это почти мистическое событие и в голове, и в сердце, и в душе. Хорошее событие, и это главное. Мало того, белая полоса продолжила шириться и дальше. Вскоре Стелла получила воодушевляющую весточку из Центра. По ребенку решать ей самой! Так распорядилось руководство. По стилю шифровки Стелла почувствовала, что вопрос обсуждался на высоком уровне. Слишком уж мягко был составлен текст. Не «по-красновски». Куратор обычно предпочитал совсем другой стиль, сухой деловой. Как бы там ни было, а новость потрясающая! Плюсом к заданию продолжать развитие отношений с Айной в контексте ее новой работы было то, что эти самые «отношения» волею случая уже вышли на совершенно другой положительный уровень. Нет худа без добра. Остался Анри. Стелла позвонила ему вечером сразу, как оказалась дома после госпиталя. Про аварию рассказывать не стала. Зачем зря волновать? Приедет, тогда в спокойной обстановке и даст волю переживаниям. Тем более что рука стремительно заживала, и Стелла все дольше и дольше могла обходиться без бандажа. До приезда Анри оставалось три дня. К этому времени будет совсем полегче, повязка уедет в шкаф на дальнюю полку, и тогда вся история про аварию не будет иметь серьезных признаков драмы. Так и вышло. Бросив чемодан и сумку, Анри кинулся было заключить любимую в объятия, но получил теплый отказ. Стелла с осторожностью позволила себя обнять, нежно обвила здоровой рукой Анри и вместе с поцелуем ласково прошептала:
– Радость моя, извини, я слегка травмировала руку, и мне пока еще немного больно. Так что будь осторожен.
