Нельзя сказать, что проведенные работы оказались уж совсем безрезультатными — кое-что интересное удалось все-таки обнаружить в летние дни 1969 года. А это лишний раз доказывало, что искать здесь стоило, но делать это надо было как-то иначе, более целенаправленно, что ли — не перескакивая с места на место, не удовлетворяясь поверхностными раскопами и не переходя в другую часть объекта до тех пор, пока не станет совершенно очевидной тщетность попыток обнаружить что-то в первоначальном месте. Такие мысли возникли в период работы экспедиции на территории Королевского замка. Возникают они и сейчас при чтении старых записей. Судите сами.
Из дневниковых записей А. С. Пржездомского.
22 июля 1969 года
«…Подъем — 6.00. Встали, собрались… взяв спецовки, поехали на замок. Там уже бродил Анатолий Михайлович…
Часов в 9 начались работы. Экскаватор выгребал куски кирпича, камни, мусор, взломал „ложный подвал“, который мы вчера взрывали. Через полчаса он переехал к месту „колодца“, который указывал Цедрик, и начал копать там, а мы с Витей, пока не было солдат, начали копать в котловане.
Первой находкой в нем была моя. Разгребая киркой кирпичи, я наткнулся на камень округлой формы… Стал руками в рукавицах очищать предмет. Это было ядро из камня, видимо, старое средневековое ядро. Я… показал его нашим археологам. Они были в восторге. Наконец, нашли!
…Тут же под лопатой обнаружили старинный тевтонский меч в ножнах, несколько копий, металлические украшения — медные и железные браслеты…
Часам к 12 приехали солдаты, и они продолжили нашу работу. Экскаватор копал в районе „колодца“ …но найти его не удалось, хотя выкопали большой котлован, широкую глубокую траншею, Так и бросили это дело…
После „колодца“ экскаватор послали раскапывать другие завалы… чуть западнее места, где проводились взрывы сегодня… и нашли „стилизованного прусского орла“. Выбрав груды кирпичей и создав колоссальный котлован, экскаватор переместился в другое место… Вот так бессистемно работала экспедиция и не только сегодня, но вообще все эти дни…
К вечеру начали копать в районе бывшей северо-западной башни (башни Луизы. —
Подобных записей у меня в дневнике немало. Они — как немой укор всем участникам, как напоминание о неиспользованных возможностях, излишней торопливости и досадных промахах, исправить которые теперь, по-видимому, уже никогда не удастся.
