Секретные бункеры Кёнигсберга полностью

Наверное, Арсений Владимирович был прав, давая резкие оценки проведенной работе, но беда заключается в том, что и позднее не удалось более обстоятельно изучить территорию гаража и прилегающих к нему площадей и зданий.

Во второй половине шестидесятых годов появились воспоминания Ежи Яблонского, которые были подробно изложены в начале этой главы. Оказавшись в 1967 году в Калининграде, он показал группе поиска, где, по его предположению, находится подземное хранилище. Возвращаясь к последним числам марта 1945 года, он неожиданно для всех вспомнил, что из гаража имелся достаточно широкий проход в рядом расположенный дом. Однажды, пройдя по нему и спустившись в глубокий подвал, Ежи увидел множество ящиков, мешков, картонных коробок и свертков. Повсюду лежали еще не запакованные музейные экспонаты, кипы бумаг, книг, журналов, репродукций и фотографий. Не встретив никого из сотрудников геологического института, шофер прошел дальше, освещая себе путь электрическим аккумуляторным фонариком.

В одном из подвальных помещений Яблонский увидел открытую металлическую дверь с массивными скобами-задвижками, какие обычно бывают в бомбоубежищах. В лицо пахнуло ледяным холодом подземелья. Коридор с цилиндрическим лазом уходил куда-то в сторону от здания, как показалось Яблонскому, прямо под площадь Хоймаркт. Дальше идти он не решился, а только посветил впереди фонариком, тусклого света которого, конечно, не хватило для того, чтобы разглядеть внутренности подземного хода. Во мраке угадывался поворот коридора, ниша в стене, и даже вроде ответвляющийся в сторону другой подземный ход. Возвращаясь в гараж, Ежи Яблонский прихватил «на память» из открытой коробки, лежащей в одной из комнат, несколько мелких предметов: брошку с прозрачным кусочком янтаря, курительную трубку, выточенную из кости, и блестящий плоский камень голубоватого цвета со сверкающими вкраплениями и прожилками.

Думается, читатель обратил внимание на поразительное сходство рассказа Яблонского с воспоминаниями бывшей разведчицы Жерлыгиной, сообщавшей о подземном ходе со стороны улицы Рихард-Вагнер-штрассе. Не шла ли здесь речь об одном и том же объекте? Вполне возможно, что Яблонский видел одну часть подземного сооружения, а Жерлыгина — другую. Более того, возникает вопрос: а не об одном ли и том же объекте свидетельствуют воспоминания Яблонского и Виста? Ведь так или иначе, все данные приводят нас к бывшей площади Хоймаркт, автобазе, рядам расположенных вокруг нее домов и маленькому зеленому скверику посреди улицы Барнаульской.

Калининградская экспедиция с момента основания, то есть с 1969 года, начала свою работу по изучению объекта «гараж СС» с изучения немногочисленных архивных материалов, справок и отчетов предшествующих групп поисковиков. Поскольку эти документы отличались предельным лаконизмом, сотрудникам экспедиции потребовалось встретиться со многими непосредственными участниками поисков, старожилами и другими людьми, которые могли хоть в какой-то мере пролить свет на события четвертьвековой давности. Были опрошены многие старые работники автохозяйства, сообщившие целый ряд мелких, но существенных деталей, в частности, о замурованном проеме в одном из помещений гаража. Состоялись встречи с Максимовым, проживавшим в Костроме, Кролевским — в Москве. Удалось наладить переписку с Рудольфом Вистом и Ежи Яблонским. Если первый практически ничего уже не мог добавить к тому, что ранее сообщал и показывал на месте во время пребывания в Калининграде в 1959 году, то Яблонский в своих письмах делал некоторые уточнения, дополняя воспоминания новыми подробностями.

При этом он подчеркивал свою уверенность в том, что находившиеся в Кёнигсберге произведения искусства, награбленные гитлеровцами на оккупированной территории стран Восточной Европы, вывезти весной 1945 года из Кёнигсберга было практически невозможно.