В 1955 году Иран стал полноправным членом Багдадского пакта (впоследствии блок СЕНТО). Это положение обязывало его, как младшего партнера и стража нефтяных интересов Запада в данном регионе, наращивать свой боевой потенциал. В связи с этим Вашингтон, в рамках правительственной военной помощи (на первом этапе на безвозмездной основе), предоставил Тегерану в 1950-1974 гг. вооружений на 335 млн. долларов [694]. 5 марта 1959 года иранское правительство заключило двухстороннее военное соглашение с США, по которому Америка, в частности, получила право ввести в Иран свои войска в случае прямой или "косвенной агрессии". Незадолго до подписания этого соглашения иранское правительство "заморозило" начатые по его же предложению переговоры между СССР и Ираном о заключении советско-иранского договора о дружбе и ненападении. Это, в свою очередь, привело к серьезному ухудшению советско-иранских отношений.
В 1960-х годах Мохаммед-Реза Пехлеви начал программу экономических и социальных реформ (по западному образцу), а также повел политику сближения с соседними странами, в том числе и с СССР.
По словам А.А. Громыко, Пехлеви и его окружение прекрасно понимали, что с Советским Союзом независимо от симпатий или антипатий иранского руководства необходимо поддерживать корректные отношения. Одним из средств, способствующих обеспечению поддержания советско-иранских отношений на определенном уровне, являлись визиты шаха в Москву. По словам А.А. Громыко, они носили добрососедский характер, но "в условиях настороженности и солидной дозы подозрительности" [695].
В 1963-1974 годах между СССР и Ираном были подписаны соглашения об экономическом, техническом, научном, культурном сотрудничестве и создана постоянная советско-иранская комиссия по экономическому сотрудничеству. Было налажено и сотрудничество в военной области. Так, по официальным данным, с 1967 по 1980 год в Иране на основании решений правительства и по распоряжению Совета Министров СССР № 2249 от 17 октября 1969 года побывало 320 представителей СА и ВМФ.
Характерным для советско-иранского военно-технического сотрудничества было то, что шах не посылал в массовом количестве своих военных на обучение в СССР (к сентябрю 1980 г. в СССР прошли обучение только около 500 иранских военнослужащих). Весь же процесс обучения национальных кадров шел на месте. Для этого, по словам очевидцев, в трех городах – Тегеране, Исфахане и Ширазе, где сосредотачивалась советская военная техника и вооружение, имелись отличные учебные базы с удобными классами и полигонами, хорошими жилищными условиями для советских военных инструкторов и заводских специалистов по гарантийному обслуживанию. Причем иранцы были против введения в своей стране, как это обычно практиковалось в других государствах, аппарата Старшего группы советских военных специалистов, и все вопросы, связанные с их пребыванием, были возложены на уполномоченного Главного инженерного управления Государственного комитета СССР по внешнеэкономическим связям (ГИУ ГКЭС). В разное время пост уполномоченного ГИУ ГКЭС занимали генерал-майор авиации Г. Жуков (1973-1978 гг.) и полковник И. Свертилов (1978-1982 гг.) [696]. В подчинении уполномоченного находился только один старший офицер. С 1973 по 1980 год эту работу выполняли полковник Ф. Арламенков, полковник В. Проничев и подполковник Н. Киреев.
Наши специалисты, замыкавшиеся на аппарат уполномоченного ГИУ, размещались в основном в двух городах, Исфахане и Ширазе. В Исфахане был ремонтный завод по "Шилкам", где работали специалисты от завода-изготовителя из Ульяновска по капитальному ремонту и военные – по текущему ремонту. В Ширазе действовал учебный центр, где обучали иранцев обслуживать БМП -1. Здесь находилось около 10 советских военных специалистов с переводчиками. Кроме того, в Тегеране работали 2 "гарантийщика" по БМП и 1 "мазовец".
Для капитального ремонта артиллерийского вооружения, броневой и автомобильной техники в окрестностях Тегерана при техническом содействии советской стороны был построен огромный заводской комплекс "Бабак". В нем располагались современные цеха и лаборатории, полигон для испытания гусеничной и колесной техники, стрельбище для отстрела артиллерии. По словам бывшего старшего инженера аппарата уполномоченного ГИУ ГКЭС (1977-1980 гг.) полковника запаса Н. Киреева, на нем трудилось около 15 советских гражданских специалистов с Украины [697].
В Иран Советский Союз поставлял главным образом технику для сухопутных, инженерных войск и артиллерии. В том числе: БМП-1, БТР-60, БТР-50ПК, ЗСУ-57, ЗСУ-23-4 В, В1 "Шилка", пушки 137-мм М-46, 130-мм пушки, ПЗРК "Стрела-1М", МАЗы, танковые мостоукладчики, колейные минные тралы и т. д.
