Первым вошел заместитель по политической части майор Мезенцев, потом начальник отделения разведки майор Муравьев с наиболее объемистой папкой и свертком карт; с торопливой поспешностью, отдуваясь от жары, представился начальник штаба майор Алексеев, тоже имевший карты и коробку с цветными карандашами и кнопками...
Когда все расселись за длинным столом, генерал посоветовал Ткаченко заняться пока своим делом.
- А то мы долго будем искать иголку в стоге сена...
Пустовойт покраснел, слабая улыбка быстро погасла на его губах.
Ткаченко вернулся в райком. В четыре часа Дудник, позвонив, сообщил, что поисковая группа капитана Галайды обнаружила расположение лагеря, но Лунь со всей школой ушел в неизвестном направлении.
- Если не передумали, я за вами заеду.
Оперативный отряд вышел из Богатина в начале пятого. В пути Ткаченко поделился с генералом своими впечатлениями и остановился на мучившей его догадке об оружейных залпах, которые так явственно слыхал он при возвращении из лагеря в Богатин.
- Не могу забыть, Семен Титович. Вроде виновным себя чувствую, закончил Ткаченко, - если тех, вышедших из строя, расстреляли...
Дудник постарался успокоить Ткаченко:
- При чем тут вы? Главари школы догадывались о брожении среди курсантов, хотя точных сведений не имели. Им надо было очистить свои ряды, и они очистили их. Любыми средствами, так или иначе они уничтожили бы колеблющихся. Вы лишь ускорили этот процесс.
- Ускорил?
- Да! Но вы и углубили трещины. Эта жестокость, кровавая расправа многим откроет глаза. Лунь покарал их. Мы отыщем и покараем Луня. Генерал вытер лоб платком и, взглянув на Ткаченко, добавил: - Мы разыщем его. Границу перекрыли надежно, а здесь ему от нас никуда не уйти.
Глухая дорога была размята гусеницами машин. На развилках дорог направление указывали маяки-мотоциклисты в стальных касках. Пустовойт успел "обкатать" незнакомую дорогу, и генерал похвалил его.
- Что хорошо, то хорошо, - сказал генерал, чтобы Ткаченко не упрекнул его в непоследовательности, - плохо, что Пустовойта приходится всякий раз подталкивать.
"Виллис" раскачивало и шатало. Шофер спрямил путь, но он не оказался короче. Генерал был настороже, переместил кобуру на ремне поудобнее, положил автомат шофера к себе на колени.
- Поле слышит, а лес видит, - сказал он, как бы оправдываясь. - Мой отец плотогоном был, помню, говорил: "Не доглядишь оком, заплатишь боком".
К поляне все же добрались благополучно. Жадно вглядывался Ткаченко в знакомые очертания деревьев, они днем казались ниже и менее стройными. Вот и остатки костров с дымящимися бревнами и обгорелым тряпьем. Виднелись землянки. Палаток не было. На опушке стояли машины с минометами и два "студебеккера" пограничников.
Капитан Галайда подошел строевым шагом, без запинки отрапортовал, чеканя слова, он как бы выстраивал их в шеренгу.
- Обнаружили подземный стрелковый тир. Минный погреб противником взорван при отходе, товарищ генерал! - закончил Галайда. Пожал протянутую генералом руку и отступил на шаг в сторону.
Дудник заметил стоявшую в отдалении группу пограничников из линейной заставы Галайды. Некоторых из них он хорошо знал, только позавчера побывав на заставе, он говорил с ними. Лейтенант Кутай и сержант Денисов, оперативники, привлекавшиеся отделением разведки штаба отряда для особо важных заданий, пользовались заслуженной популярностью, выходящей за пределы заставы. Генерал подошел к ним, поздоровался.
- Надежные хлопцы, - обращаясь к Ткаченко, сказал генерал, закалились в боевом огне уже после войны... - Он хотел еще что-то добавить, но, заметив Пустовойта, подталкивавшего к нему младшего лейтенанта, замолчал.
Младший лейтенант Строгов, командир мотострелкового взвода, доложил о разминировании подходов к лагерю и, немного замешкавшись, сообщил, что им обнаружена свежая братская могила.
- Могила? Братская? - Генерал обернулся к Ткаченко, и, хотя ничего не сказал, взгляд его как бы выразил: "Ну вот, оба мы оказались правы".
- И трупы обнаружены? - спросил генерал.
- Обнаружены, товарищ генерал, - ответил Строгов, - мы сделали пробный шурф. Судя по обмундированию, курсанты школы. - Переборов короткое замешательство, добавил: - "Украинской повстанческой армии", товарищ генерал.
Генерал с досадой махнул рукой и обратился не только к докладывающему ему офицеру, но и ко всем невольным свидетелям их разговора.
- Армии? В армии другие порядки. Бандиты - вот кто они! Как бы себя ни называли, - бандиты! Когда же они успели вырыть братскую могилу?
- Использовали одну из взводных землянок, товарищ генерал.
- Землянку?
- Землянки глубокие, - пояснил Строгов. - Трупы уложены плотно, в три пласта. Каждый пласт покрыт плащ-палаткой немецкого армейского образца, товарищ генерал!
- Ну, ведите, товарищ младший лейтенант, к этой могиле!
