Не торопясь, хотя ноги ощутимо подмерзают, двигаюсь в сторону центра. Вместительная, «видавшая виды» спортивная сумка служит мне вместо паспорта. Подобных сумок здесь много, так что я неплохо «вписываюсь». Прохожу всего метров сто от перрона и попадаю на местный рынок, где только что украденные коробки быстро распаковывают, тут же разводят костерок и сжигают улики. В коробках оказываются мужские спортивные костюмы. Буквально за пять минут их продают перекупщикам по десять рублей за пару и отправляются за новой добычей.
Вскоре на рынок приваливает новая волна челноков из очередного прибывшего поезда, и перекупщики продают эти костюмы уже по двадцать пять рублей. Все происходит с огромной скоростью, кадры меняются, как в кино. Вот притаскивают коробку с детскими сапожками, она испаряется за две минуты, вот приезжает местная милиция на газике и хватает несколько человек, что попались под руку и не успели скрыться за углом дома.
Рядом стоящий мужчина громко сочувствует пойманным с поличным товарищам и выдает бесплатные инструкции вновь прибывшей немолодой женщине:
- Видишь, мать! Надо вовремя прятаться! Этим не повезло сегодня. Если у них обнаружат спортивные костюмы и ботиночки – считай, плохо дело. Заберут все деньги, а если не захотят отдать, то путь в КПЗ им обеспечен. Ментам план по поимке воров выполнять надо и зарабатывать, между делом, тоже. Условия жизни у них экстремальные, зарплата маленькая, да и ту вовремя не дают.
Следующий эпизод оказывается еще страшнее. Китаец не может поделить с монголом коробку. Завязывается ожесточенная драка. Монгол хватает бутылку, отбивает от нее донышко и кидается в атаку на сына «поднебесной». Народ моментально привычно разбегается по сторонам. Сзади подлетает еще один шустрый китаец и бьет монгола по голове палкой. Тот сразу успокаивается, обмякает и садится на асфальт. Через минуту монгола оттаскивают в сторону его товарищи. Шум на площади тут же стихает. Народ возвращается к своим «привычным» ежедневным занятиям. Продолжаю наблюдать дальше.
Китайцы скупают русские шинели и командирские часы, некоторые меняют этот ходовой товар на свои тряпки. «Ничего себе, какие вольности допускаются на российской земле». Удивление мое растет все больше и больше.
Так. Эмоции в сторону.
Ставлю сумку, немного мнусь на месте, изображая простака, первый раз попавшего в этот городок, достаю из нее парочку солдатских шинелей и несколько часов. Ко мне сразу подходит высокий пожилой мужчина, скорее всего, маньчжур. Он сразу начинает торговаться на хорошем, но слегка ломаном, русском языке.
- Откуда русский знаете?
- Училися в Лоссии. Лаботать главным инженером на стройке, а шинеля мне очень, очень нужна, жена на них кокон сажает. Лаша шерсть - очень холошо! Кушать для наших шелоков черевей.
Продаю ему шинели и кладу деньги в карман. И действительно, сбывать товар китайцам просто! В коммерсанты записаться, что ли? Мда-а... Что-то я увлекся. А морозец-то крепчает! Пора прекращать наблюдение и искать место, где можно пересидеть до вечера. Взяв сумку, я неспешно направляюсь изучать городок, в тлеющей надежде найти хоть какое-то кафе. Оказывается, что задача эта очень непростая. Обойдя все поселение, состоящее из ветхих двухэтажных и одноэтажных домов по кругу, кафе так и не нахожу, зато успеваю налюбоваться на рыжих тощих коров, которые, как в Индии, тупо бродят по улицам, роются в помойках и вылизывают языком консервные банки. К сожалению, здесь это не священные животные, а лишь брошенные на произвол судьбы худобы, которых хозяевам нечем кормить или, попусту, некогда ими заниматься. Да, тряпичный бизнес мощно «приворожил» местное население. Добровольно-принудительная, круглосуточная работа ни о чем другим больше и вспоминать не дает. Очень «интеллектуальное» занятие, скажу я вам...
Вернувшись к рынку, понимаю, что общепита для приезжих в городе просто не предусмотрено. Есть только одно кафе на вокзале, но к нему не протолкнуться. Люди заходят туда погреться и поесть в порядке очереди, которую перезанимает друг для друга. Они и ночуют там же на вокзале, стоя, набившись в небольшой зал, как селедки в бочку. Такого кошмара я еще не видел никогда и нигде... Да-а-а, весь световой день прошел в незабываемых картинках ... Прилично замерзаю и хочу есть.
В Забайкальске темнеет. Выхожу на перрон, в «точку встречи», стараясь не думать о том, что буду делать, если нужный человек по какой-то причине не придет. Конечно, еще варианты предусматривалось. Если мы не встретимся сегодня, то встреча состоится завтра в то же время. Но это в Питере все казалось простым и легким, а сейчас, как представлю, что придется болтаться между вокзалом и рынком неизвестно сколько – становится не по себе. Либо околею, либо пристрелят, либо стану «челноком»… При прочих равных – не самый худший вариант.
Кто-то подходит ко мне сзади и аккуратно интересуется:
- Ты что, здесь совсем один «загораешь»?
- Сегодня один, завтра вдвоем - отвечаю по легенде. Мужчина улыбается и протягивает руку. Мы здороваемся.
- Владимир.
