— Со всем моим уважением, — Джун Хён хранил бесстрастие. — Узнал. И он был зачинщиком. Должны ли мы всерьёз разбирать это?
— Ваша дочь после скандальной драки провела ночь с этим молодым человеком. И вот это уже оскорбление семьи Ли, — не унимался собеседник. — Семья Ли сторонница традиций, а не распутства!
Джун Хён хмыкнул, не показав ярости, ловко вытащил телефон из кармана.
— Одну минуту. Позволите?
Ли Бо Гом кивнул.
Сон Джун Хён набрал номер господина Кана. Тот снял трубку почти сразу же:
— Добрый вечер, сонбэним.
— Господин Кан, где была моя дочь в ночь с субботы на воскресенье?
Пауза. Слишком долгая пауза. Пальцы Джун Хён вспотели. Наконец, в трубке раздался ответ:
— В гостях. Госпожа Сон Со Ён приказала её не беспокоить. Мои люди ждали госпожу в машине.
— Во сколько она прибыла в гости?
— В три часа ночи, сонбэним. Около того.
— А во сколько вы её забрали?
— В десять утра… — чуть слышно проговорил господин Кан. Джун Хён сбросил звонок.
— Удостоверились в моих словах? — внимательно уточнил Ли Бо Гом, но дожидаться ответа не стал, продолжив:
— Ваша дочь опозорила моего сына, господин Сон. И на данный момент у меня нет идей, как же спасти наши договорённости.
— Они молоды. И пока не скованны узами брака. Разве вы не ошибались в свои годы? — попытался улыбнуться Джун Хён.
— Я — нет. А вы? — не пошёл ему навстречу Ли Бо Гом. Мерзкий человечек, и глаза у него были как у змеи перед атакой.
— Без ошибок молодости нет достойной зрелости, — пожал плечами Джун Хён.
— Поведение вашей дочери аморально, господин Сон. Это признак дурного воспитания. Я бы не хотел увидеть его проявление в моих внуках. Поэтому я хотел бы приостановить нашу договорённость.
Господин Ли сделал паузу, внимательно глядя на собеседника, и добавил:
— Полагаю, эта новость не обрадует председателя Тонгкан, господина Сон Гын Сока?
Джун Хён закинул ногу на ногу, слушая продолжение. Он был уверен, что оно последует.
— Поэтому я предлагаю следующий вариант, господин Сон, — не обманул его ожидания Ли Бо Гом. — Я знаю, что вы являетесь держателем больших пакетов акций. Полагаю, передача малой их части в мою семью позволит смириться с учинённым позором. Нас особенно интересует Тонгкан Артс или же Тонгкан Мобайл.
Джун Хён пошевелился в своём кресле. Хм… Ладно.
— Позвольте? — попросил он ноутбук.
— Да, конечно, — Ли Бо Гом откинулся на спинку стула и широким жестом указал на компьютер.
Сон Джун Хён какое-то время мотал кадры на перемотке. Отдельно увеличил лицо блондина, яростно выкрикивающего что-то в адрес его дочери. Слова он легко прочитал по губам, стиснул зубы в гневе, но промолчал. Камера очень хорошо была расположена, тут иной трактовки оскорблениям и не требовалось. Затем Джун Хён остановил ролик в нужном месте. По счётчику времени незадолго до начала драки.
— Это ваш сын, господин Ли, верно? — максимально ровным тоном уточнил он.
Собеседник побледнел, побагровел, запыхтел, но всё же вытолкнул из себя:
— Да.
На стопкадре блондин откровенно лапал какую-то девушку, слившись в ней в страстном поцелуе. Правая рука залезла его спутнице в короткую юбку.
— Не кажется ли вам, господин Ли, что здесь больше элементов позора и аморальности? Только в адрес моей семьи, — Джун Хён говорил тихо, расслабленно, но внутри дрожала тонкая огненная нить ярости. — Моя дочь могла переночевать у друга, и тогда все мысли о мнимом позоре останутся лишь вашими домыслами. Моя дочь не позволяла себе осуждающего поведения на людях, и у вас нет доказательства её поведения за пределами общественного поля. К сожалению, в случае с вашим сыном ситуация обратная.
Ли Бо Гом поиграл желваками, на лбу выступили бисеринки пота.
— Хорошо, — выдавил из себя глава металлургической компании. — Кажется, я оказался неправ и слишком скор в своих суждениях. Прошу прощения. Предлагаю забыть об этом инциденте.
Джун Хён отмахнулся:
— Не стоит, господин Ли.
Он поднялся из-за стола.
— Нашей договорённости конец.
На душе стало так легко и приятно. Да, он всё делает правильно. Наконец-то. Собеседник теперь казался маленьким и слабым. Ничтожным. Никчёмным.
— Всего хорошего, господин Ли.
Он даже не протянул ему руки на прощание.
— Что скажет об этом господин Сон Гын Сок? — ввернул Ли, обращаясь уже к спине Джун Хён. — Мне кажется, он лично заинтересован в сделке. Вы не боитесь всё потерять, господин Сон?
Джун Хён остановился, потёр грудь, там снова заныло. Побывав на смертном одре, он как-то иначе стал ко всему относиться. Повернувшись к господину Ли, председатель «Тонгкан Солюшен» окинул собеседника взглядом, полным презрения.
— Сейчас мне думается, что я мог потерять больше, если бы эта сделка состоялась, — сказал он и вышел, оставив Ли Бо Гома в одиночестве.
Новость о том, что председатель Сон Джун Хён подал в отставку — пронзила башню Тонгкан Солюшен в пятницу. Громкая и неожиданная весть, причём даже для его дочки. Со Ён выглядела ошарашенной и, по-моему, не притворялась. Мне же пришлось собрать волю в кулак, чтобы не мучить девушку вопросами. Мы ведь договорились стоически держать дистанцию во время работы.
