— Я тебе сейчас биту засуну в то место, из которого ты её не вытащишь никогда грёбанный узкоглазый ублюдок, — сказал рыжий.
Туристики немножко оборзели, конечно. Заводила пьяных хулиганов демонстративно вытащил из кармана нож.
— И тёлку твою мы сейчас тоже накажаем! Скройся в ночи, грёбанный бэтмэн, пока не поздно!
Приятели рыжего принялись обходить Ким Тхе, но тот не сводил взгляда с главаря и держался расслабленно. Ха Юн стояла чуть позади возлюбленного с видом независимым и спокойным. Я их не узнавал, честное слово! Какие-то другие гики стояли на ночной улице, напротив настоящих хулиганов.
У них, может, и план какой-то имеется? На всякий случай я сделал ещё шаг вперёд, готовый вмешаться. Где полиция-то? Я даже сирен не слышал! Во всех рекламных проспектах говорится как тут безопасно и спокойно. Неужели бюджетные деньги пустили на какие-нибудь западные ценности, а не на зарплаты местным стражам порядка? Да, север города, квартал не из благополучных, но такой беспредел даже здесь удивителен. Должны были уже приехать!
— Класть оружие! — сказал Ким Тхе. Рыжий же вдруг бросился на него с пьяным рёвом и прикрываясь от биты левой рукой. Я едва не сорвался на помощь, несмотря на планы повести себя как взрослый педагог, дающий уроки несмышлёнышам. Сами должны встретить трудности. Сами. Я лишь страхую!
И тут Чёрный Аналитик меня удивил. Ким Тхе взмахнул битой так ловко, будто управлялся с нею долгие годы. Провернул её в руках, шагнул вправо и невероятно быстрым ударом снизу вверх врезал нападающему в живот. Тот сразу потерял оружие, хрюкнул, а через миг получил ещё один удар биты, но уже по хребтине. Американец грохнулся на асфальт. Страшно закричал его приятель, схватившись за глаза. Белая Фурия залила его перцовым баллончиком. С руганью, с матами ослеплённый иностранец отшатнулся, упал. Попытался встать на четвереньки, при этом протирая глаза.
Третий пьяница растерянно замер, а затем со всех ног бросился наутёк. Ким Тхе же подошёл к стенающему на асфальте рыжему и сказал:
— Если я увидеть ещё один раз, я сломать тебе голова. Тебе ехать США назад,
Вдали послышалась, наконец-то, сирена. Ким Тхе же бросил перед рыжим черно-белую карточку, а затем вернулся в машину. Ха Юн села на пассажирское сидение, и автомобиль сорвался с места. Я только сейчас обратил внимание на закрытые скотчем номера автомобиля. Слушайте, не всё с ними потеряно. Может, не аукнется им их увлечение, а? Поиграются и сами бросят. Всяко лучше если им полиция поможет бросить вредную привычку лезть на ночные улицы. Ну или же попадутся ребята посерьёзнее пьяных американцев.
Я ещё минуту стоял неподалёку от места схватки, отходя от потрясения. Ничего себе как Ким Тхе ловко с битой обращается! Память старого Чон Ван Ги подсунула какое-то смутное воспоминание об увлечении приятеля. Европейское фехтование на мечах? Он же вроде какие-то конвенты посещал, какие-то даже игры. Ёлки-палки, это ж сеульский толкиенист!
Что, кстати, многое объясняет в его повадках и увлечениях.
Когда полицейская машина подъехала — залитый баллончиком американец ещё ползал на четвереньках, а вот его рыжий приятель даже на ноги встал. Вид у него, правда, был уже не очень дерзкий.
Один из полицейских наклонился и подобрал с земли чёрно-белую карточку, покрутил её в руках, а затем посветил фонарём в лицо рыжему. Тот заслонился рукой. Диалог представителя закона и его нарушителя я уже не слушал. Моя работа здесь закончена.
Пусть я и ничего не сделал.
Ладно, вру. Я показал себя хорошим отцом. Я не влез, не остановил, не сделал всё за них, при этом прикрыл спину и дал самим совершить деяние, пусть и не самое правомерное деяние. Сдюжат. Пусть и противники им попались аховые, но…
От всех бед не убережёшь.
Дома я был уже через час. С цветами, с бутылкой вина и совершенно мокрый и грязный. Сегодня обойдёмся без котов и рун, ну его нафиг.
Со Ён ещё не спала и моему появлению очень обрадовалась.
— Вот, босс, — сказал Багор. — Это лучшее.
Имуги вошёл в помещение и осмотрелся. Мотель. Грёбанный мотель. Да, большое помещение. Просторно, кровать подходит. Здесь даже была столовая, и в ванной можно было расположиться с удобством, не протискиваясь боком.
Но всё же это было не его логово! Это всё было чужим и тут, наверное, ещё вчера кто-нибудь дрых на королевского размера кровати! Имуги скрипнул зубами. Всё, красавец, время отвыкать от хорошей жизни. Она позади. Корпораты накрыли всё, чем владел криминальный король Сеула. Вообще всё! Тэк Ён рассказал своему дедушке каждую мелочь, которую знал о делах Имуги. А юный хитрозадый чеболь хорошо покопался в его делах, шантажируя записью предательства. Да и папаша его тоже запел, а с ним так и вовсе общие дела прежде велись.
