― Вспоминай тогда: где ты сегодня был и на какие пары до этого ходил? ― тихо произнесла Йоко, подбадривающее погладив его по спине. ― Когда ты в последний раз видел ручку?
― Точно. Она была на элективе по истории, потом я пошёл на эту лекцию. Значит, надо искать её где-то там.
― Молодые люди, чем вы так увлекательно занимаетесь? ― обратился ректор к соседям Саске. ― Я долго за вами наблюдал, но вы продолжали игнорировать меня всё это время. Встаньте оба!
Парни, потупившись, поднялись и спрятали телефоны в карманы, а все присутствующие в зале как по команде обратили на них гневные взгляды.
― Ну раз вы такие умные, ответьте-ка мне. Вопрос к первому…
Один из бет указал на себя пальцем, и преподаватель продолжил:
― Да-да, к вам, молодой человек в серой рубашке. От какого бога согласно легенде происходят все императоры Японии?
Парень многозначительно попытался что-то сказать, но потом замолчал.
― Что ж, подумайте. Очень сложный вопрос. Для вашего соседа: назовите посмертное имя императора Муцухито?
Другой, как и первый, понурив голову, отказывался отвечать.
― Де-ела. Как прискорбно мне видеть таких студентов, как вы, да ещё и выпускного курса. Саске, у тебя что-то случилось?
Саске поднял голову с парты и встал.
― Просвети, пожалуйста, моих новых друзей ― больших любителей истории.
― Первым земным императором нашей страны был Дзимму, внук первого правителя Японских островов и праправнук богини солнца Аматерасу, ― с ходу отчеканил Саске, опёршись о парту. ― Посмертное имя императора Муцухито ― Мэйдзи, годы рождения 1852–1912, взошёл на престол третьего февраля 1867 года и правил вплоть до своей смерти.
― Хорошо, ― закивал ректор. ― Теперь вопрос тебе в качестве проверки знаний. Какое событие произошло в 1614–1615 годах и получило название от главного торгового центра страны?
― Зимняя и летняя осакские компании. Когда глава Японского правительства умер, его преемником стал единственный сын ― Тоётоми Хидэёри. Но, по сути, страной правил совет старейшин во главе с Токугава Иэясу. Через несколько лет Иэясу стал сёгуном и начал бороться с неповиновениями. Род Тоётоми из-за связей и замка в Осаке он рассматривал как угрозу. Летом 1615 года замок был осаждён, днём и ночью под предлогом нарушения мирного соглашения их обстреливали из голландских пушек. Генералы Тоётоми гибли за каменными стенами, а жители и прислуга ― от железных орудий и под развалами. Четвёртого июня 1615 года Хидэёри и его мать совершили ритуальное сеппуку², а крепость пала.
Пока Саске рассказывал, в зале воцарилась тишина. Студентки, краснея, с упоением слушали его, а некоторые даже открыли рты, удивляясь глубоким знаниям одного из самых привлекательных парней курса. Он говорил выразительно, правильно расставляя акценты и не ошибаясь в произношении имён, а иногда ненадолго останавливался, как актёр, выдерживая паузу. Ректор изредка поправлял очки и качал головой, намереваясь вставить что-то, но не решался прервать. Когда Саске закончил, преподаватель заулыбался и даже зааплодировал, на что он театрально поклонился.
― Видно, что ты очень прочувствовал это событие. Твои предки тоже обороняли замок в Осаке? ― поинтересовался ректор, задумчиво потирая подбородок.
― Нет, мои были с нападавшей стороны, ― игриво заулыбался Саске.
― Вот как… Если все будут знать историю так же хорошо, можете не писать мои лекции и даже на занятия не ходить. ― Лектор взглянул на бет, которых поднял. ― Но, судя по вашим ответам, до Учихи вам ещё расти и расти. Можете садиться, Саске и вы, двое нерадивых студентов.
Саске и парни заняли свои места, а преподаватель продолжил:
― А вы, девушка, соседка нашего гения, ― обратился он к Йоко, ― вы же не с моего факультета? Похвально, конечно, что вы тянетесь к знаниям, но я же вижу, что вы ничего не пишете. Поднимитесь, дайте-ка я на вас посмотрю.
Йоко, засмущавшись, встала и бросила недовольный взгляд на Саске.
― Ну что, подруга Учихи. Вы тоже хорошо знаете науку прошлого?
― Вообще-то не очень, ― замялась девушка, заламывая пальцы.
Саске почему-то стало стыдно ― это ведь из-за него её подняли. Ректор терпеть не мог тех, кто разговаривал на парах, и при желании отыгрывался на них. Но Саске всегда знал ответы на вопросы, а Йоко в университете занималась лишь историей искусств: прошлым, в отличие от модных тенденций настоящего, она не интересовалась.
― Саске сидит и не подсказывает. Как до 1868 года назывался Токио?
― Не знаю, ― скромно ответила Йоко.
― Что же вы так. Совсем не интересуетесь историей страны? ― выдохнул ректор. ― Очень жаль. Садитесь, сойдёмся на том, что вы хотя бы пришли на пару.
Йоко плюхнулась на место и, поджав губы, дёрнула Саске за волчье ухо. Тихо пискнув, он извинился:
― Прости, я забыл, что он очень придирчив.
― Если б я знала, вообще на лекцию не пришла бы. Искал бы свою ручку сам, ― шёпотом выпалила Йоко, сверля его глазами.
― Ну, прости, ― погладил он её коленку, ― давай забудем об этом.
― О’кей, ― прикусила она фалангу пальца, ― но ты мой должник. Ты же понимаешь, о чём я говорю?
― Допустим, но только когда останемся одни…
***