Будь киллер человеком посговорчивей, после этого надо было его спросить: где он видел человека с фотографии, как они познакомились, о чем был разговор… Но Гуров отлично понимал, что на эти вопросы он не получит ответа. Собственно, на этом необычный допрос можно было завершать. Сыщик получил подтверждение своей догадки, и теперь ему надо было думать о следующем следственном эксперименте, который он хотел провести в поселке Журавль. Он для проформы задал киллеру еще несколько вопросов, показывая фотографии Светланы Тепловой, Олега, нескольких зрителей, бывших в тот вечер на спектакле. Получив свою порцию «да» и «нет», Гуров сообщил, что больше вопросов у него нет, допрос окончен.
– Так что, полковник, договор будешь выполнять или как? – спросил Башкиров у Гурова, когда его выводили.
– Я свои обещания всегда выполняю, – отвечал сыщик. – И полковник Крячко тоже. Так что будь уверен, условия содержания у тебя будут вполне сносные.
Когда задержанного увели, Гуров поблагодарил капитана Турбина за профессиональную работу, затем более сердечно поблагодарил друга Стаса за помощь в расследовании.
– Это дело будет раскрыто только благодаря тебе, – сказал он.
– Значит, ты его полностью раскрыл? – спросил Крячко. – Узнал, кто заказчик?
– Да, теперь я это знаю, – отвечал Гуров. – Но это очень хитрый противник, к тому же у него большие связи в самых разных кругах. Мы могли бы доказать его вину, если бы Башкиров признался, что получил от него заказ на убийство Теплова. Но Башкиров ничего не скажет. А одних косвенных улик будет мало; боюсь, он сумеет отвертеться. Мне нужно, чтобы он фактически дал признательные показания. Для этого я и задумал завтрашний следственный эксперимент в поселке Журавль.
– А ты уверен, что твой заказчик согласится участвовать в этом эксперименте? – спросил Крячко.
– Он обязательно согласится, – убежденно заявил Гуров. – Ведь если все остальные согласятся, его отказ будет выглядеть странно. То есть его отказ от участия уже будет косвенным признанием вины. Нет, он согласится – а дальше все будет зависеть от меня. Ну и еще от нескольких людей.
Уже миновала полночь, когда Гуров подъехал к дому. Мария еще не спала, только собиралась ложиться. Однако муж нарушил эти планы.
– Мне бы хотелось, чтобы мы быстро собрались и вернулись в Журавль, – сказал он. – Дело в том, что на завтрашний день у меня намечено там важное мероприятие.
– Что ж, почему бы и не вернуться, – сказала Мария. – Я сейчас позвоню Наде, чтобы она была готова к нашему позднему возвращению. Впрочем, она полуночница, ей это будет совсем нетрудно. А что за важное мероприятие ты готовишь, не скажешь?
– Обязательно скажу, – пообещал Гуров. – Только немного позже. Завтра утром сойдет?
– Хорошо, отложим важный рассказ до утра, – отвечала Мария.
Они быстро собрались и уже через четверть часа ехали в сторону Владимира. Гурову часто приходилось водить машину ночью, иногда это нужно было делать после целого дня напряженной работы, поэтому он не боялся перетрудиться. И сыщик ясно сознавал, что для затеянного им ключевого эксперимента было важно уже с утра находиться в Журавле.
Улицы Москвы были почти пусты, дорога на Владимир – тем более, поэтому доехали они быстро. Когда поставили машину и вошли в дом, Гуров объявил Наде, что завтра (точнее, уже сегодня) вечером предстоит важный следственный эксперимент, в котором примут участие все люди, которые присутствовали на спектакле четыре дня назад.
– Может быть, соберутся и не все, – сказал он. – Кто-то уже уехал в Москву, кто-то – на юг. Но важно, чтобы пришла большая часть зрителей. Поэтому мне завтра понадобится ваша помощь, дорогие дамы. Я попрошу вас с утра обзвонить всех, кто был на спектакле, как раз по вашему списку, и пригласить их снова в лесной театр. Представление должно начаться, как и тогда, в семь часов вечера.
– А тех, кто играл роли в спектакле, тоже надо приглашать или только зрителей? – спросила Мария.
– Нет, актеров тоже нужно позвать, – отвечал Гуров. – А тебе это будет даже удобнее – ведь ты тоже играла в этом спектакле, можно сказать, была помощницей Теплова.
– Это что же, значит, мы будем играть новый спектакль? – удивилась Надя Зверева. – Или повторим старый? Но как это сделать без Павла Петровича?
– Это будет не совсем тот же самый спектакль, – объяснил Гуров. – Я хочу соединить в одном представлении две пьесы Чехова: кроме «Дяди Вани», там еще будет сцена из пьесы «Чайка». Об этом важно сказать всем. Думаю, это заинтригует людей, и они охотно придут. И вот что важно: ни в коем случае не надо никому говорить, что спектакль станет частью следственного эксперимента. Никакого отношения к следствию, только театр! А остальные подробности я вам завтра расскажу. Сейчас нам всем нужно отдохнуть, набраться сил перед завтрашним испытанием. Так что давайте сейчас ложиться.
И он первый отправился спать.
