Конфликт с начальником службы охраны Запьянцевой хотя и разозлил Гурова, вывел его из себя, но не настолько, чтобы сыщик потерял концентрацию. Его не покидало ощущение, что действия Хворостова совершенно алогичны, если исходить из ситуации. С одной стороны, попытки начальника охраны самостоятельно взять похитителей Алины можно было объяснить его желанием сохранить работу, доказав начальнице свою необходимость. Но, с другой стороны, неуклюжие действия его людей больше напоминали на потуги помешать сыщикам найти похитителей, чем на усилия по их реальной поимке.
Теперь Гуров уже не считал совпадением преследование его автомобиля человеком Хворостова несколько часов назад. Вероятно, начальник охраны отдал своим подчиненным приказ следить за действиями сыщика, чтобы прекрасно понимать, на какой стадии расследования тот находится. И эта неуклюжая погоня, якобы за курьером, на той же самой машине по ночной Москве больше походила на попытку отвлечь Гурова и заставить его потерять курьера. И это вновь наводило сыщика на мысль о причастности Хворостова к пропаже Алины.
Впрочем, сыщик вновь себя одернул, обвинив в паранойе. Если похитители не собирались забирать выкуп из гостиницы, то и мешать Гурову следовать за курьером не имело смысла. Или же решение оставить выкуп на месте возникло только из-за того, что сыщики нашли, где именно тот хранится?
Эти рассуждения из головы Гуров выкинул достаточно быстро. Сейчас перед ним стояла задача проверить главную на данный момент версию: причастность покойного Запьянцева к каким-либо серьезным инцидентам, которые могли стать причиной похищения его дочери. Из той информации, которая была у сыщика, было очевидно, что сама Марина не совершала ничего такого, что заставило кого-то ненавидеть ее до такой степени, чтобы похитить ребенка. А значит, это могло быть эхом какого-то неблаговидного поступка, совершенного ее покойным мужем.
Звонить Степанову, чтобы попросить добыть полную информацию о Запьянцеве, было еще рано – аналитик до главка просто не успел добраться. А вот разбудить Ненашева, если тот вообще ложился спать, Гурову ничто не мешало. Сыщик позвонил хакеру, и тот снова ответил на вызов, словно держал смартфон в руках. Хотя при современных технологиях для ответа на звонок совсем не обязательно занимать мобильным телефоном руки!
– Лев Иванович, еще пару минут – и расшифровка разговора похитителей завершится. Я вам пришлю ее в таком же виде, в котором и прошлый раз отправлял, – ответил на вызов Максим, догадавшись, что именно сейчас беспокоит Гурова.
Сыщик поблагодарил Ненашева и задумался. Ехать сейчас в главк не имело смысла. Гуров надеялся, что во время разговора похитителей, который они снова пытались скрыть, зажав микрофон на телефоне ладонью, ему удастся найти еще какую-нибудь подсказку, как это было в первом случае. Ей могла быть какая угодно фраза, которая и определит дальнейшие действия сыщиков. И не исключено, что после того, как Ненашев пришлет расшифровку разговора, ехать Гурову придется совсем в другую сторону, и визит в главк станет потерей времени, а его и без того осталось мало. Именно поэтому сыщик зашел в ближайшее кафе через дорогу от сквера на Большой Полянке, заказал чашку кофе и достал планшет. Оказалось, что пока сыщик добирался до этого заведения, Ненашев уже закончил работу и прислал ему на почту файлы. Достав наушники, Гуров включил запись разговора похитителей друг с другом.
Как и в первом случае, на записи часть разговора между первым и вторым превращалась в бессмыслицу. Не по содержанию, которое программа моделировала неплохо, а по сути беседы, которая к основной теме не имела никакого отношения. И когда появлялись фразы наподобие «не небо, а заря», Гуров приостанавливал воспроизведение разговора и искал в текстовом файле наиболее подходящий на замену вариант. В итоге результат расшифровки заставил его задуматься…
– На хрена ты перед девочкой ножом машешь? Думаешь, ее мамаша это увидит? – возмущенно спрашивал Второй.
– Не увидит, зато услышит, как ее дочка визжит! Это заставит сучку перестать выеживаться, – холодно, с нотками самодовольной злости в голосе, ответил Первый.
– Но ребенок-то не виноват в том, что произошло. Это не ее, а их грех, и малышку зачем пугать? – не успокаивался Второй. – Если задумал месть, то исполняй. Только ребенка не пугай понапрасну. Пусть для нее это все без лишних страхов закончится.
– Это не их грех, а е… – ответил главарь. – А с ребенком я поступлю так, как и должно. Мы с тобой это обсуждали, и решение не меняется. И хватит мне мешать. Если она пытается наш телефон отследить, мы этой суке только на руку играем…
