– Она – не шавка! Больше не смей ее так называть. И я не обязан отчитываться перед тобой, с кем я встречаюсь. Тем более не хочу видеть сцены ревности. Уходи, Диана. Будет лучше, если мы прекратим нашу псевдодружбу. У меня не осталось для нее нервов.
Девушка вырвалась, обиженно потерла покрасневшие плечи. На них горели красные следы от пальцев Марка, словно он прожег их яростью.
– Тебе плевать на мои чувства? Я люблю тебя, Марк! Ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? Мой отец купит для тебя все издательства в городе, в стране. Ты станешь самым богатым мужчиной в Русамии. И у тебя будет самая красивая жена. Как ты можешь отказываться от такой жизни? – В распахнутых глазах блестела искренняя обида.
Диана растерянно поправила черные локоны, всхлипнула и прикусила нижнюю губу. Все это Марк видел не раз и раньше велся. Но сейчас он устал подыгрывать Диане.
Он устало протер глаза:
– Уходи. Ты глупа, если не понимаешь очевидных вещей.
– Но…
– Уходи! – рявкнул он.
Диана вздрогнула, пробежала мимо Марка к клатчу и напоследок злобно выкрикнула:
– Это ты глупец! Но ничего. Я подожду, когда ты поймешь, что твоя шавка – ничтожество. И тогда ты приползешь ко мне. Только не факт, что я прощу тебя.
Марк не ответил. Входная дверь хлопнула прежде, чем он переварил дешевую угрозу Дианы. В душе зашевелилось беспокойство. Избалованная девушка не знала отказа и в гневе могла натворить много бед.
Марк вспомнил их последнюю ссору, которая привела к разрыву. Диана расцарапала ему шею и пыталась добраться до глаз. Кобра без клыков. Но переполненная ядом.
Лана смотрела, как лопаются пузырьки на пенке растворимого кофе. Третья кружка за утро. Единственное спасение от усталости после бессонной ночи.
Она сломала голову, пытаясь вспомнить, как печатала на машинке, но заработала мигрень. А мрачная история больной девушки Лиззи, которая когда-то жила в этом доме, не добавляла оптимизма.
– Впору фильм ужасов снимать, – пробормотала Руслана.
Хотелось позвонить Марку, чтобы он приехал, и провести в его компании весь день, развлекаясь красным вином. Ни в коем случае не отпускать домой, иначе ее вновь ждет лунатизм. С другой стороны, чем быстрее она закончит исповедь Лиззи, тем скорее сможет пойти к графине Маврос. Руслана наконец поняла, о какой именно истории говорила женщина.
В спальне раздался звон колокольчиков. Лана вздохнула и неохотно поплелась туда. Мысленно готовилась к разговору с бабушкой. Они не общались несколько дней. Теперь Руслана узнает о себе всю правду.
– Неблагодарная эгоистка! – закричала бабушка.
Лана закатила глаза:
– Я…
– Ты забыла старушку. Не звонишь, не пишешь. Вчера уже я не выдержала и позвонила, но меня ждал холодный голос какой-то девицы. Она заявила, что ты вне зоны доступа.
– Вчера был День города, видимо, сеть перегрузили.
– Это мои нервы перегрузили, – буркнула бабушка.
По голосу стало заметно, что первая волна ярости начала затихать.
– Я тебя люблю, – подластилась Лана, и Кристина Валерьевна тихо засмеялась.
– Моя внучка, – одобрила она. – Расскажи, как твои дела? Как прошел праздник?
– Замечательно. Было очень здорово. Марк показал мне конкурс «Танцующая пара», но мы выбыли почти в самом начале. – По какой причине, Лана умолчала.
– Марк? Это тот парень, который не любит блондинок? Что, русские девушки пришлись по душе? – съехидничала бабушка. – И вы танцевали? Не думала, что этот конкурс до сих пор проводят. Помню, в молодости всегда с нетерпением ждала День города именно из-за танцев. – Она блаженно вздохнула.
– Ба, а ты не помнишь, в тот год, когда исчез Глеб, ты ходила на праздник?
Руслана вспомнила призрачную пару Глеба и Лиззи и поежилась.
– Глеб? – Кристина Валерьевна тяжело задышала. – Как много ты знаешь?
– Нашла старые газеты и фотографии. Глеб – твой жених?
Бабушка заворчала:
– Свалилась журналистка на мою голову. Не дает спокойно дожить последние дни. Да, мы были помолвлены. И я любила Глеба. Целый год после его исчезновения плакала без остановки. Вообще, все отношения в Велидаре заканчивались слезами. И нет, в тот год я не попала на праздник. Из пансиона не отпустили.
Руслана получила еще одно подтверждение видениям. В дверь яростно застучали:
– Ой, Ба, ко мне кто-то пришел. Поговорим позже. Кстати, я еще надеюсь, что ты приедешь в Велидар.
– Начинаю задумываться над этим. К тому же ты уже много знаешь. Еще чуть-чуть, и назовешь цвет трусов, которые я носила шестьдесят лет назад.
Лана захохотала:
– Заметано, – и выключила вызов.
Она подошла к двери и без раздумий открыла. Никто не мог прийти к ней, кроме Марка. Никто…
В дом вошел высокий мужчина в черном костюме, бесцеремонно толкнул Руслану на стул. Следом прошествовала ослепительная девушка, хлопнула дверью и скрестила руки на груди:
– Я весьма наблюдательна. И в тот вечер стояла на берегу до тех пор, пока не увидела, в каком доме ты живешь.
– Что? – Лана попыталась встать, но охранник надавил на ее плечо, и она безвольно опустилась. – Кто вы?
Ладони вспотели. Голова разболелась с новой силой. Настроение, которое подарила ей бабушка, растворилось в дымке страха.
