Она надела наушники и включила музыку на всю громкость, чтоб не слышать раскаты грома. Но это мало чем помогло. Видя молнию, Саша интуитивно понимала, что последует гром и все время ежилась от этого. В голову ничего не лезло только то, что она одна в грозу.
Когда ужин был готов, Саша принялась накрывать на стол. Она не услышала, как дверь открылась, только почувствовала, как холодный воздух прошелся по ногам, и подняла глаза.
На пороге стояла Вероника и хищно улыбалась. Она выглядела сейчас на кошку, которая показывает свое место. И Саша поняла, что не ошиблась, когда та заговорила.
– Если ты считаешь, что путь к мужчине ведет через желудок, то очень ошиблась. Дима не такой. Для него главнее секса нет ничего.
– Я в этом не сомневаюсь. – спокойно ответила Саша, уговаривая себя быть спокойной и не обращать внимание на её колкости. Потому что сразу было видно, что она только начала выпускать свои коготки.
– Дорогая, он быстро от тебя устанет. – продолжала Вероника. – Дима подолгу не задерживается ни с одной барышней. – она прошла и села на стул, подняв на Сашу глаза, томно улыбнулась. – А знаешь, что будет потом, когда он наиграется с тобой?
– Откуда мне знать? – с сарказмом сказала Саша, продолжая накрывать на стол.
– Димочка вернется ко мне. – Вероника постучала длинным острым ноготком по столу. – Он всегда возвращается ко мне. Так что, дорогуша, не питай никаких иллюзий на счет него. Ты для него не больше чем красивая обертка, для невкусной конфеты.
Саша не выдержав, резко повернулась к Веронике.
– Дорогая моя. – начала она вкрадчивым голосом. – Я очень хочу, чтоб ты раз и навсегда поняла, мне он и даром не нужен и я уже говорила это и не раз. Забирай, давай. Только я не уверена, что он уйдет к тебе. А знаешь почему? – Саша видела, как Вероника закипает от злости. – Потому что я, по твоим словам, красивая обертка для невкусной конфеты, а ты просто красивая, но искусственная обертка. Которую, развернешь, а внутри пустота.
Вероника вскочила со своего места, и двинулась на Сашу, выставив вперед когти. В этот момент в дом вошел Дима.
– Как ты смеешь так мне говорить? – взревела она. – Ты – дешевка!
Саша стояла и смеялась, даже не попробовав отойти от нее.
– Пусть я и дешевка, как ты выразилась, но в отличие от тебя я умею, чувствовать! И мне все равно, что скажут о моих вещах «от кутюр» с рынка Троещина. Для меня главное, что люди видят, что у меня внутри и любят меня именно за это.
– Хорошо сказано, солнце! – улыбнулся Дима, мысленно аплодируя. – Вы, что тут устроили?
