— Хватит, Роуз! — громко требует Терренс. — РОУЗ! Прекратили это немедленно!
— Мразь! — со злостью во взгляде выпаливает Питер. — Будь ты проклят, козел! За все, что ты мне сделал! Ненавижу тебя! НЕНАВИЖУ!
— Не задохнись от злости, неудачник! — грубо бросает Даниэль.
— Чтобы ты сдох! Чтобы Анна бросила тебя к чертовой матери! И НИКОГДА НЕ ВЕРНУЛАСЬ!
Даниэль резко поднимается на ноги и хочет наброситься на Питера с кулаками, но успевает лишь вцепиться ему в волосы до того, как Терренс, потерявший всякое терпение переходит на крик:
— Я СКАЗАЛ, ЗАТКНУЛИСЬ СЕЙЧАС ЖЕ! УГОМОНИТЕСЬ ОБА, черт возьми!
Громкий крик Терренса заставляет Даниэля и Питера замереть и встать на месте, как вкопанные, и с частым дыханием продолжать буквально убивать друг друга своим злостным, испепеляющим взглядом.
— Вы что здесь, черт возьми, устроили? — громко интересуется Терренс. — Вы хоть понимайте, что творите? Собачитесь уже черт знает сколько по неизвестной мне причине! В развале группы виноват не один Питер. Ты тоже виноват, Даниэль! Ваши выходки уже ни в какие ворота не лезут! А вот за разбитые стол и гитару вам точно придется платить, если об этом узнает владелец студии.
Ни Питер, ни Даниэль ничего не говорят, а лишь тяжело дышат и либо закатывают глаза, либо бросают хмурый взгляд в сторону.
— Неужели ни один из вас не понимает, что наша группа вот-вот развалится, если мы не возьмем себя в руки? — удивляется Терренс. — Как же обещание, которое мы дали друг другу? Мы обещали, что вместе пройдем через любые испытания, несмотря на все трудности, которые нас ждут впереди. На нас обратили внимание, и нам предложили контракт на запись дебютного альбома. Неужели мы должны сдаться тогда, когда половина пути почти пройдена? Почему вы решили психануть и разругаться в пух и прах именно сейчас?
— Извини, Терренс, но я не могу больше находиться на одной территории с этим психованным козлом, — медленно выдохнув с закрытыми глазами и проведя обеими руками по своим волосам, спокойно отвечает Даниэль. — Если я останусь здесь еще ненадолго, то он точно станет трупом. А пачкать руки в его чертовой крови и садиться в тюрьме у меня нет никакого желания. Если хотите, можете работать вдвоем, а я больше не участвую в этом дерьме. Мне плевать на вас, на группу и на все, что с этим связано! МНЕ ЧИХАТЬ!
Даниэль резко срывается с места, подлетает к выходу, уходит прочь и со всей силой закрывает за собой дверь. Терренс провожает его грустным взглядом, уже давно чувствуя себя так, будто находится меж двух огней.
— Что с вами происходит, парни? — недоумевает Терренс, переведя взгляд на Питера, чьи полные злости глаза уставлены на закрывшуюся за Даниэлем дверь. — С тех пор как закончился тур, вы как будто с цепи сорвались! Хотя раньше были хорошими друзьями! Что произошло с этой дружбой?
— Это тебе лучше у мистера Перкинса спросить, — скрестив руки на груди и закатив глаза, хмуро отвечает Питер. — Но могу сказать только то, что очень жалею, что связался с этим гадом, который возомнил о себе черт знает что.
— Я согласен, что в некоторых вещах он реально перегнул палку. Но черт, вы же чуть не
— Нет, Терренс! Если бы тебя здесь не было, то я бы точно избил этого больного козла. Он совсем обнаглел не только после тура, но еще и после того, как нашел себе девушку.
— Послушай, Питер, я не берусь тебя так или иначе осуждать. Но ты действительно стал безответственным в последнее время. В этом я не могу не согласиться с Даниэлем. Извини меня, но он правильно делает, что сердится и винит тебя в проблемах группы.
— Да лучше бы этой группы вообще не было! — громко восклицает Питер. — Я вообще не знаю, чем думал, когда согласился на эту бредовую идею!
— Боже, Питер, что с тобой происходит? — ужасается Терренс. — Ты можешь объяснить причину, по которой так ведешь себя? Если хочешь, то Перкинс не узнает об этом, и все останется между нами. Только объясни, по какой причине вы оба превратились в каких-то буйволов, а ты стал безответственным? Мы с тобой решим твою проблему и сделаем все, чтобы наладить дела группы.
Питер опускает руки и расслабляет плечи, резко выдохнув с прикрытыми глазами.
— Извини, Терренс, но я не хочу это обсуждать, — спокойно говорит Питер. — Пожалуйста, не обижайся на меня, но мне не хочется говорить о том, что происходит со мной, с этой падлой и с нашей группой. Прости. Хоть в одном мое мнение совпадает с мнением Перкинса. Мне
