Я нанесла немного средства на пробку. Мазать попу при нем я постеснялась. Только потом поняла, что зря.
– Начинай! Раз…
Отсчет пошел. Я не знала что делать: ввести пробку стоя не получится, а наклоняться при нем как-то неудобно, стыдно.
С одной стороны я понимала, что задание явно провальное. Чтобы я, да за первым разом, сама себе вставила анальную пробку? Да еще и при мужчине? Тем более, что в мой зад пока еще не вставлялось ничего толще пальца. Естественно, я так не смогу!
А с другой стороны, что-то внутри меня екнуло: это не просто секс, где все просто и обычно. Это игра, возбуждающая обоих. Не просто грубый трах, это… нечто большее, где тесно сплетаются похоть, страсть, интерес и азарт.
– Два…
Я немного наклоняюсь, свободной рукой оттягиваю ягодицу в сторону и приставляю игрушку к попе. Медленно начинаю вводить, кусая губы. Хоть и пробка хорошо смазана, только вот мне от этого не легче. Слишком большой размер.
– Три.
Каждый раз, когда я посильнее давлю на пробку, резкая боль пронзает мой анус и я сжимаюсь. Я чувствовала, как зажимаются мышцы моей попы: крепко, изо всех сил. Резкая боль не давала мне даже призрачного шанса на выигрыш. Чуть моей попе становилось больно – тело само рефлекторно сжимало мышцы сфинктера и я проваливала задание.
– Четыре. Пять.
Уже половина… Я наклонилась пониже и что было сил надавила на пробку. От боли я вскрикнула и опять ослабила давление.
– Шесть.
Если бы кто-то другой это делал, я бы выдержала. Ошибку кастинга точно не повторила бы, хватит ошибаться, пора браться за ум.
Да, я бы стерпела. Но жизнь никогда не возвращается к тому, что было. Теперь условия стали другими.
– Семь. Восемь.
Со слезами на глазах я попробую еще раз, но попка не поддается. Больше того, дырочка уже стала болеть от проделанной работы и не позволяла мне даже просто дотронуться до нее.
– Девять.
Я убрала руку от попы и обреченно встала.
– Десять.
Я не поворачивалась к нему. Затаила дыхание, слушая его вердикт.
– Ну что, киска, вот ты и не справилась с заданием. Но ты не расстраивайся…
В его голосе слышится тепло. Так, наверное, палачи успокаивают своих жертв перед самой страшной казнью.
– У меня для тебя есть другое… Или ты не хочешь? Или приступим к действиям без смазки?– продолжал он.
– Хочу. – Я правда сама толком не понимала чего мне надо хотеть.
– Хорошо. Тогда вот тебе еще один шанс.
Он забрал пробку из моей руки, отошел и взял что-то другое.
– Посмотри.
В его руках поблескивает длинная прозрачная палочка. По размеру она не толще маркера, но раза в два длиннее.
– Это штучка узкая, но длинная. Она отлично зайдет и без смазки. Ее я введу тебе сам. Если примешь ее всю до конца – то продолжим с лубрикантом.
Я понимала, что так или иначе я ее приму. Вытерплю, если говорить как есть.
То есть, первое задание было заведомо невыполнимым. Чтобы я перешла ко второму, довольно мучительному.
Что же, ясно чего он хотел.
Я киваю.
Когда моей попки коснулось бумажное полотенце, я сжала губы от досады. Этот садист убирал остатки смазки, чтобы покайфовать от моих мучений.
– А теперь расслабься. Уж я-то точно тебе вставлю. И если будешь напрягаться – хуже только тебе.
Как мне расслабиться я не представляла.
Холодный кончик игрушки коснулся моей попы, я почувствовала легкую боль и застонала.
– Когда ты сама себе вставляла – так не кайфовала. Признайся, тебе нравится!
Этот гад почувствовал правду. Мне чертовски приятно ощущать, как его властные горячие руки проводят со мной эту унизительную процедуру. Внешне игрушка напоминала градусник и сейчас мне казалось, будто мы играем в доктора.
