Секс, магия и психоделия полностью

В конечном счёте, то, что мы находим в каком-либо опыте, сексуальном или любом другом, зависит от нашего собственного эмоционального энергетического поля. Мы видим невысокую гору над глубокой долиной, или неглубокую долину с возвышающейся над ней высокой горой.

Давным-давно, в блаженные дни до открытия ЛСД, в пятидесятых, Карл Роджерс, известный психолог, автор так называемой «клиенто-ориентированной терапии», написал статью об изменениях в восприятии, которые происходят в течении психотерапевтического курса. Он отметил, что пациенты в начале курса лечения обычно видят вокруг себя достаточно тусклые цвета и слышат достаточно много хаотичных шумов, и более того, их обычно окружают негативные и неприятные раздражители в области запахов и температуры. С другой стороны, пациенты, успешно прошедшие курс психотерапии, чаще видят более яркие цвета, слышат более интересные и ритмичные звуки и в целом мир в их восприятии более приятен. Очевидно, что изменения происходят в самих пациентах, а не в их окружении.

А ещё раньше поэт Карл Сэндберг (Carl Sandburg) рассказывал байку о фермере, сидевшем на изгороди, когда мимо него по дороге прошёл странник и спросил, что за люди живут в городке, куда вела дорога. «Что скажешь о людях, которые живут там, откуда ты пришёл?» — спросил фермер. Странник с горечью произнёс: «Злые, эгоистичные и недружелюбные люди, поэтому я оттуда и ушёл». Фермер грустно покачал головой. «Боюсь, тебя ждёт разочарование. Народ в том городке точно такой же».

Через некоторое время по дороге прошёл второй странник и спросил то же самое. «Что скажешь о людях, которые живут там, откуда ты пришёл?» — снова спросил фермер. «Прекрасные люди», — ответил этот парень. «Людей добрее и отзывчивее я никогда не встречал. Правда было жаль покидать этот город». «Ну, — сказал фермер, — не грусти. Там ты встретишь таких же людей».

Нам всем трудно поверить, что, как подсказывают исследование профессора Роджерса и притча поэта Сэндберга, реальность создаём мы сами. Консерваторы, гордящиеся своими «трезвыми» и «реалистическими» взглядами на «грубую действительность» жизни, относятся подозрительно ко всему, что предполагает элемент субъективности или намекает на то, что «грубая действительность» существует исключительно в их воображении. Либералы, фанатично преданные тому, что они считают научным скептицизмом (в основном это, на самом деле, популярные изложения устаревших, доэйнштейновских физических теорий), остерегаются любых идей, которые могут довести до «мистицизма» или, Боже упаси, традиционной религии со всем её сверхъестественным. Ну а радикалы, конечно, реагируют как бык на цветную тряпку, когда сталкиваются с понятиями, предполагающими, перефразируя Шекспира, что «всё лишь размышление определяет», ведь это может легко привести к тому, что беднякам начнут говорить, что их несчастья может преодолеть правильный настрой, а не увеличение государственных дотаций.

Несмотря на все эти глубокие предрассудки, многие из нас признают, что другие люди воспринимают мир достаточно субъективно и зачастую подвержены тому, что Фрейд называл «проецированием», то есть видят то, что ожидают, надеются, а иногда — что боятся увидеть. Под перекрёстным допросом философов мы даже признаем, что тот же самообман иногда проявляется и у нас самих — хотя, конечно, очень редко. В секте под названием CSICOP верят, что этим «проецированием» или «самообманом» занимаются все, кроме членов секты.

Наркотическая революция девяностых поставила всех нас перед этим вопросом, прежде обретавшимся на задворках философии и изредка вторгавшимся в рабочие записи психологов и неврологов, специализировавшихся в теории восприятия. От десяти до семидесяти миллионов американцев экспериментировали с марихуаной или другими наркотиками, которые в общем классифицируют как психотомиметики, или галлюциногены, или психоделики. Противоречивые наименования этих химических веществ отражают отсутствие единого мнения в учёном сообществе относительно того, что действительно происходит, когда эти вещества попадают в человеческий биокомпьютер. Психотомиметик означает нечто, имитирующее психоз или на время ввергающее нас в мир безумцев; галлюциноген подразумевает нечто, искажающее или деформирующее наше восприятие; психоделик означает всего лишь нечто преобразовывающее или расширяющее сознание. Очевидно, первые два термина предполагают, что трипующий видит исключительно иллюзии и галлюцинации, в то время как третий оставляет возможность того, что кое-что из новообретённых ощущений может настолько же соответствовать истине, насколько соответствует ей нормальное сознание, или даже быть более точным.