— Я поражаюсь твоей наглости, Фернанда Ривас! — голос Джерри превратился в льдину. — Сначала ты обливаешь меня дерьмом, а потом заваливаешься в авто. Ты ничего не забыла?
— Я тебя поблагодарила за Нанси, — краем губ улыбнулась Фэр.
— Но я не слышу извинений.
— Извинений?
— А ты думаешь, что права и извиняться не должна? — на лице Джерри проступила откровенная обида.
— Ну… — Фернанда глазела на кожаную обивку бардачка, — я тебе говорила, что не умею извиняться.
— Придётся научиться.
— Но я не хочу! — капризно выпалила Фэр.
— Тогда выходи из машины! — велел Джерри тоном генералиссимуса.
— Ни за что!
— Не знаю я, Фернанда Ривас, как с тобой общаться. Более упрямой женщины я не встречал! Ты невыносима! — зелёные очи были сощурены и сияли, как у вампира. Джерри наклонился к Фэр, мягко надавив «пальцем дьявола» на её лоб. — Ты упираешься рогом, превращаясь в тупую мышь, но ядовитым языком орудуешь великолепно. Когда не надо. А когда требуется, не можешь сказать одно простое «извини».
— Так и будешь скандалить или мы поедем? — Фернанда покрутила головой, стряхивая его руку со лба. — У тебя не пальцы, а клешни. Мне больно! И я ужасно хочу есть. Поехали в кафе!
— Никуда я не поеду! Со мной твои номера не катят, Фернанда Ривас. Я не буду, жалея тебя, вестись на твои прекрасные глазки. Ты любишь всего добиваться капризами, воплями и упрямством. Но ты обратилась не по адресу. Иди отсюда! Выйди из машины! Мне надоело играть в кошки-мышки. Сначала это было забавно, но потом стало напрягать, а сейчас… — взглядом он вперился в куст, где весело прыгал зелёный попугайчик, — сейчас я понял, что не хочу больше. Я думал, у тебя сложный характер и ты меня боишься, и ждал, когда ты оттаешь. Но ты — робот. В тебе нет человеческих чувств. А я не горю желанием сходить с ума по роботу. Короче, иди, мисс инспектор. И сделай одолжение — не попадайся мне больше на глаза!
Фернанда только брови подняла. Ещё чего! Не хочет она уходить! Решив подлизаться, Фэр обняла Джерри. Он отпрянул с пренебрежением.
— Не хочу! Не трогай меня! Ненавижу женщин-липучек!
— Ах, вот как? Значит, я липучка?! А я ненавижу надутых индюков! — выскочив из авто, Фэр бахнула дверцей. — Да пошёл ты!
— Сама туда иди! — машина рывком стартанула — так сильно Джерри нажал на газ.
Фернанда готова была завыть. Схватив горсть земли, она швырнула её в авто, устроив пылевую бурю.
— Кузиночка, чего ты тут психуешь? — Фэр подняла глаза, услышав знакомый голос. Уже через секунду она, шмякнув Вирхинию на траву, вазюкала её лицом по газону.
— Я тебя убью, тварь! Будешь землю жрать за то, что сделала с Агус!
— Пусти меня, я беременюшечка! — визжала Вирхиния, отпихивая кузину. Куда-там — Фэр вцепилась бульдожьей хваткой. — Помогите! Спасите! Убивают!
К счастью, подбежали санитары, что курили неподалёку.
— Она хотела убить мою лялечку! — заливалась Вирхиния, хватаясь за живот. — Шизофреничка!
— Тебе повезло, что мы встретились здесь, а не в тёмном переулке, — двое мужчин удерживали Фернанду за руки. — Или лялечка висела бы на дереве вместе с твоими кишками! Да отпустите вы меня! — оттолкнув санитаров, Фэр рванула прочь.
Вышла за ворота клиники, злая как чёрт. Лохматая и вся в пыли. И тут сюрприз — красный Феррари стоял у обочины. Посигналил.
— На тебя упал пылесос? — съязвил Джерри, оценив её помятый вид.
— Нет, Вирхиния, — Фернанда юркнула в машину. — Я ей накостыляла. Жаль, маловато.
Расхохотавшись, Джерри завёл мотор.
— А что ты здесь делаешь? Почему не уехал? — ехидно поинтересовалась Фэр.
— Потому, — двояко ответил он. И авто тронулось с места.
Комментарий к Глава 33. Друзья познаются в беде ----------------------------------
[1] Туко-туко — южноамериканский грызун, обитающий в Андах.
====== Глава 34. Наследственность ======
Джерри не объяснил, почему не уехал, но Фэр чуяла — он оттаял. Дорогой он молчал, слушая релакс-музыку. Извинений не требовал, но и нежностей не демонстрировал. Фернанда испустила вздох неудовольствия, когда Джерри припарковался на улице Дефенса у её дома. А она так хотела развлечений!
— Когда мы увидимся? — спросила Фэр аккуратно.
— Не знаю, — отделался Джерри пустой фразой. Запрокинул голову, рассматривая «петушиные гребешки» на балконе.
— Ты ещё дуешься! — сделала вывод Фернанда. — Когда приступ индюка у тебя пройдёт, звони, — она выставила ногу на асфальт, но Джерри вдруг схватил её за талию. Притянул к себе и впился губами в губы.
Фернанда любила с ним целоваться, но лежать поперёк авто было неудобно, а уходить не хотелось. Джерри вёл себя, как ястреб, напавший на жертву, — вцепился и чуть не съел. Грудь его вздымалась, и Фернанда млела от блаженства, пока кто-то снаружи не дёрнул её за ноги.
— Ну что за люди?! Вечно им неймётся! — с недовольной миной оторвавшись от Джерри, Фэр села — за окном маячила тётя Фели в розовом пушистом халате и с башней из бигуди на голове. Барби она держала подмышкой.
— Тётя, ты уже дома?
— Ну да, недавно приехала, вот навожу красоту, — она ткнула пальцем в бигуди. — Я, конечно, понимаю, у вас тут любовь-морковь, но, Фернандита, ты нужна дома.
