Физический контакт необходим для физического развития и здоровья и часто спасает жизнь. Он также необходим для умственного развития и сохранения психического здоровья. А сексуальный контакт – простейший, приятнейший, наиболее конструктивный и наиболее удовлетворяющий способ утоления шести основных видов голода человеческой психики или нервной системы»Книга о сексе, написанная на основе лекций, прочитанных автором в Калифорнийском университете. Несмотря на давность лет (лекции читались в 1966 году), книга не потеряла своей актуальности. Ведь секс как был, так и остался самим собой, не важно – прошло 10 или сто лет. Меняется лишь отношение к нему.Шутливый тон и типично американский юмор, без особой при том пошлости, оставляют благоприятное впечатление от книги. Несмотря на то, что каких-то новых и сверхполезных сведений в книге не замечено, ее можно порекомендовать людям, интересующимся подобными вопросами. В книге есть даже афоризмы о сексе, полезные советы, и много всего прочего. Умиляет примечание автора, сделанное назло ханжески настроенным американам«Официальное название этой книги для тех, кто предпочитает думать о сексе в более академических категориях, является следующее: «Церебральные и бихевиоральные корреляты спаривания в сообществах высших приматов»К счастью, подобная терминология в книге практически не встречается, книга «Секс в человеческой любви» доступна для понимания широкому кругу читателей.
Сексом можно заниматься в одиночестве или в группах, или в парах как актом близости, страсти, утешения, обязанности, или просто как способом провести время, чтобы отвратить или отдалить зловещий день скуки, той Скуки, которая является посланницей Смерти и приводит к ней раньше или позже все свои жертвы, либо с помощью болезни, случая, либо добровольно. Потому что правда заключается не в том, что время проходит, а в том, что мы проходим сквозь время. Это не то, о чем они говорили в старые времена, – река, на берегу которой мы стоим и наблюдаем, но море, которое мы должны пересечь, либо в одиноком труде и бдительности, подобно плаванию в шлюпке через Атлантику, либо сбившись в кучу на палубе с машиной и автоматическим пилотом под ней, не имея чем заняться кроме как играть в тот или иной сорт пьяного или трезвого шаффлборда[1]. Лишь немногие величественно скользят под развернутым парусом на люгере или шлюпе или чем-нибудь покрупней, аврал, все на верх! вверх на бизань нашего превосходно оснащенного пятипарусника – единственного когдалибо построенного для плавания по Семи Морям! А еще можно совершить беспосадочный перелет, не слишком беспокоясь о том, что происходит внизу.
В городах и в деревнях есть миллионы птиц, а многие ли из вас с полным вниманием услышали сегодня хоть одну из них? В городах и в деревнях есть тысячи деревьев, а многие ли из вас с полным вниманием увидели сегодня хоть одно из них? Это нескончаемая история про меня самого. Около пяти раз в неделю я ходил из моей конторы на почту в маленькой деревне, где я живу. Я ходил одной и той же дорогой два года, в общей сложности около пятисот прогулок, прежде чем я заметил две лохматые пальмы с кактусом, растущим между ними, на углу, мимо которого я проходил. Я ходил мимо этого шершавого чуда 499 раз подряд, не замечая, что что-то вообще там растет, потому что я был поглощен тем, чтобы добраться до почты и получить мою корреспонденцию, чтобы я мог ответить на отклики, чтобы я мог пойти на почту и получить еще больше корреспонденции для ответов. Я закладывал свое время в счет взваленного на самого себя долга, который я никогда не мог выплатить, но мог в любой момент, когда пожелаю, разорвать и аккуратно бросить обрывки в один из мусорных бачков, предусмотрительно поставленных деревенским правлением для того, чтобы я не замусоривал улицы.
Я думал об этом однажды лежа в постели в гостинице в Вене, прислушиваясь к тишине ночи, а потом к первым шорохам жизни на рассвете, медленному утреннему вальсу Вены. Сначала шестичасовые люди выходили танцуя для того, чтобы подготовить дорогу для семичасовых людей, которые готовятся для восьмичасовых людей, которые заботятся о девятичасовых людях[2]. Последние открывают свои магазины и конторы, чтобы торговые и деловые звуки могли начаться в десять, чтобы магазины могли закрыться в двенадцать, чтобы люди могли пойти домой и приготовиться к ленчу, чтобы они могли снова открыть в два и закрыть в пять, чтобы они могли вернуться домой к шести и одеться к обеду в семь, чтобы они могли попасть в театр к восьми, чтобы вернуться домой к одиннадцати и хорошо выспаться ночью, чтобы быть в хорошей форме, когда они снова поднимутся утром в пять, шесть, семь или восемь.
И есть песня про воскресенье, когда они не связаны всем этим, и про то, как в этот день некоторые из них прыгают в Дунай, который является рекой, и несет их в своем течении как не делает этого время. Потому что время не река, а море, которое должно быть преодолено от берега орущего рождения до замусоренного берега смерти. И это не фантазия сочинителей песен, это очарование воды (Nepenthes находится в potamouthanatro)[3], потому что в Вене каждый год около 500 человек убивают себя. Знаете ли вы, какая страна имеет самый высокий уровень самоубийств в мире? Венгрия. Вто коммунизм для вас. Знаете ли вы, какая страна занимает второе место в мире? Австрия. Вот демократия для Вас. А поскольку обе они находятся на одной реке, вот Дунай для вас. Кто из коммунистических людей имеет более низкий уровень самоубийств, чем белые демократические американцы, но более высокий, чем не белые демократические американцы? Поляки, вот кто.
