Прошло уже больше месяца с того самого дня как батюшка приютил у себя Владимира. К сожалению, за это время никаких существенных улучшений в состоянии нашего героя не случилось. Память возвращалась медленно, случайными, ничего не объясняющими обрывками, из которых невозможно было составить никакой определённой картины, ни то, откуда он, ни то, чем занимался в прошлом. Да и что можно было понять из тех коротких и иногда несколько странных обрывков воспоминаний, никак не связанных друг с другом. Вот он садится в машину, в которой его ждет, похоже, близкий ему человек, но кто этот человек Володя вспомнить не может. А вот он с наслаждением ловит рыбу в пруду. Вот он в компании молодой и довольно красивой женщины сидит на скамейке возле того самого пруда, а вокруг них, как ни странно это звучит, снует разнообразное лесное зверье. И что более удивительно, это самое зверье ни сколько не боится находиться с ними рядом. Именно эта странная картинка давала повод усомниться в том, что память понемногу, но все-таки, возвращается к молодому человеку.
Доктор со своим молодым коллегой практически каждый день навещали своего подопечного. Вот и сегодня, закончив свою основную работу, они сразу же направились в храм к отцу Андрею.
– И всё-таки, доктор, что мы собираемся делать дальше? – Спросил Федор у Павла Ивановича, как только они вышли с работы. – Нельзя же, что бы этот человек прожил тут всю оставшуюся жизнь. Наверняка у него есть родственники, друзья, которым он дорог. По меньшей мере, не очень хорошо оставлять их в неведение его судьбе. Нужно что-то попробовать предпринять! Ну, я не знаю, может быть, послать его фотографию на телевидение, в программу «Ищу тебя»?:
– Какой ты, Фёдор все-таки странный человек. – Неожиданно рассердился всегда спокойный Павел Иванович. – Неужели ты не понимаешь? Нельзя, категорически нельзя этого делать. Мы не знаем, что было с ним в прошлой жизни. Ведь он боится, панически боится одного упоминания о больнице. В какой лечебнице он побывал, что там с ним делали? Мы можем только догадываться. Кто может его искать? Друзья? Враги? С его способностями переносить холод, передавать свою боль, да нам до конца и неизвестно какие еще чудеса он умеет творить, его может искать кто угодно, вплоть до агентов любой иностранной разведки. И, скорее всего – это люди, которым нужен не он, а его феноменальные возможности. Кто они мы можем только догадываться. Нет, мы должны, мы просто обязаны заботиться о нем и сохранять все в тайне, до полного восстановления памяти. А я уверен, она вернётся к нему обязательно. Просто, по всей видимости, его сознанию нужен, какой-то стимул для пробуждения, а что может послужить таким стимулятором, мне, к сожалению, пока не известно. Но то, что именно так и должно случиться, я уверен, как говорится, на девяносто девять и девять процентов. Нам же остаётся только терпеливо ждать и, конечно, наблюдать за ним и за его удивительными способностями. – Доктор остановился и, взяв Фёдора за локоть, строго продолжил свою речь. – А Вам, молодой человек, в своих эгоистических побуждениях как можно скорее узнать всю правду о его прошлой жизни, просто хочется побыстрее и любыми способами вернуть память нашему больному. Нисколько не заботясь о его здоровье и душевном состоянии и не думая о том, что предложенный Вами вариант, может просто убить его. Точнее, не сам вариант, а его непредсказуемые последствия.
– Вы опять абсолютно правы. – Практикант даже слегка покраснел после слов доктор. – Я идиот. Самовлюблённый эгоист и ещё черт знает кто, но только не врач. Какой я буду доктор, не обладая достаточным терпением, дырка я от бублика, а не доктор.
– Никакая ты не «дырка», – сменив гнев на милость и решив немного подбодрить расстроившегося молодого человека, проговорил доктор, – просто ты ещё молод, а молодость это скорость, полёт, движение! Хочется всего и сразу! У кого-то это проходит, у кого-то обретает немного другую форму, а некоторые так всю жизнь и гоняются за призраками собственных иллюзий. Но как сказал один философ, к сожалению, не знаю его имени: «Кто понял жизнь, тот не спешит». Запомни это, мой друг, и всегда во всём, не спеша поторапливайся.
