– Фишка в том, что, прежде всего
– Как понимаю, Москву возмутил мой самовольный отъезд из Берлина, доставивший столько неудобств? – выдвинул версию своей вины Алекс.
– Мимо. Это не более чем следствие. Гвоздь ситуации: почему вас выпустили? Не вас конкретно, а всю ячейку. Аналитики убеждены: с теми доказательствами, которые следствие поначалу приоткрыло, отмазаться шансов ноль. В успех апелляции не верили сами адвокаты, которые чуть не охренели, узнав, что судья большую часть улик отверг, как добытые с нарушением – внимание! – не юридический процедур, а оказывается, ведомственных инструкций контрразведки… – Бондарев замолк, увидев посыльного с планшетом. Поднял вверх большой палец, объявляя паузу. Когда же планшет был доставлен, приподнявшись, передал его Алексу.
– А вы не догадываетесь? – спросил Алекс, приводя в действие планшет. Продолжил: – Кому такая задача по зубам?
– Кому?
– Те же люди. Но, подчеркиваю, подробностей никаких. Если вы знакомы с отчетом берлинского карантина, то в утаивании информации о ваших оппонентах я неумолим. Кто, где, когда – увольте. Не хочется повторяться, – Алекс поморщился.
– Что, вот так взяли и вытащили, выпустив подозреваемых, ходивших под пятнашкой? – усомнился не барской фамилии Бондарев.
Гость не ответил, путешествуя по сайту Администрации Президента РФ. Найдя искомое, уважительно, словно признавая заслуги, кивнул. Кратко взглянул на собеседника и как бы переваривал прозвучавший вопрос. Наконец откликнулся:
– Москва проделала в разы больше, чтобы меня выдернуть из ниши, где России, будто места не было. Причем замудрила все так, что в Берлине мне пришлось выгораживать всех и вся, балансируя на устремленной в кадык бритве. В немалой степени потому, что мой компьютер был изначально взломан
– Что!? – лик Бондарева резко преобразился. Одежки вальяжности, поверх незатейливой родословной, словно стряхнуло, и на его лице воцарился испуг. Детской незащищенности.
– А как вы думали? Откуда их в этот вольер занесло? Не я же, бухарик и политический комментатор в одной упряжке, мог сморозить такое – на ярмарке гангстеров своей драмой торговать. Но! Все к лучшему… – резко сбросил октаву Алекс
– Как это? – изумился Бондарев, советник ВВП по силовому блоку, как минутой ранее для Алекса приоткрылось.
– Простите, об этом не с вами, при всем уважении. И последнее: понимая, в какие межгосударственные и межклановые склоки меня занесло, считаю целесообразным удалить меня из проекта, изолируя в разумных пределах. Хоть на Камчатке. Человек я не бедный, готов нести расходы сам. Одно условие – гарантии общения с сыном. Подчеркиваю: о контакте, навязанном мне той стороной, я сказал все. И, поверьте на слово, подробности мало что к заявленному добавят.
Бондарев часто мигал, отсвечивая, что он, будто глубоко в теме, вдруг осознал, что не смыслит в ней ничего. Причем в такой степени, что словарный запас словно схлопнулся. Но все же сухим горлом озвучил: «Завтра продолжим».
На сутки «Камчатка» или какая-то ее ипостась откладывалась.
Глава 13
Подмосковье, ноябрь 2018 г.
Шел пятый день соприкосновения вживую с режимом, возведенным его ровесниками – банальное открытие, вдруг Алекса посетившее. Строем скорее толкачей, нежели политиков, рожденных в пятидесятые (плюс-минус), и становление личности которых пришлось на эпоху «ядреного» социализма.
Какое-то время Алекс этой мыслью забавлялся, норовя «прирастить ей конечности», но связных обобщений не выходило. И немудрено. Не обозревая хотя бы внешнюю сторону местных реалий, к чему умозрительные экзерсисы?
Алекс поторопился, посчитав, что на сутки «Камчатка» откладывается. Повторной встречи с Бондаревым не случилось ни назавтра, ни в три последующих дня. Более того, в правительственном комплексе, первом пристанище на российской земле, он даже не заночевал. Спустя час после ужина некто, похоже, старший секьюрити объявил о перебазировании. И вновь на вертушке. На ночь глядя.
Новое гнездо, стильного интерьера, но вполовину меньше предыдущего, в его позиции изменило мало. Мобильный не вернули, доступ к интернету и линиям связи запрещен, охранник Кирилл либо в коридоре на кресле, либо в прихожей, на диване. Здесь он и спит, повторяя потсдамский сценарий. Апартамент, правда, полста квадратов…
Между тем – контрастом потсдамскому опыту – движения по дому не ограничены. Добро пожаловать в бассейн, фитнесс-центр, библиотеку. Однако пробежки и прогулки вне здания даже с охраной исключены. Зато на рабочем столе – лэптоп, не исключено, с подачи Марины, известившей Центр об идее романа, которая в Потсдаме Алекса посетила.
