Она опустила взгляд. Ее губы скривились в отчаянной попытке удержать плач. В глазах стояли слезы. Такие же, как в тот день, когда родители продали нас в рабство. Дождь скрыл их так же быстро, как и тогда.
Я совсем не подумал об этом. Для меня человеки из приюта — это просто человеки, потеряв одних, всегда можно найти новых. Конечно, смерть Элпис и ребят была бы неприятным событием, но не критичным. Мы вместе всего пять лет. Мгновение.
Но для Сэл пять лет — это совсем другое. Если отбросить бессознательные годы детства, пять лет — это половина ее жизни. Сейчас там умирает половина ее мира.
— Я всё понимаю, — с трудом выдавила из себя Сэл. — Ты не захочешь. Поэтому я иду одна. Я не могу бросить.
Предчувствие раздирало меня на куски, звон колокольчиков был уже совсем невыносимым. ММММ… АЙ, ЛАДНО!
— Ну и с чего ты это взяла? — вздохнул я. — Я ведь самый обычный человек, а спасать близких — это очень по-человечески. Пошли в твой капкан, только не дуйся потом, когда всё по одному месту пойдет.
Сверкнула молния. Голубая вспышка выхватила гигантские скелеты домов, черными тенями расчертила дорогу. Пришла гроза.
А мы продолжали бежать. В полной темноте, практически на ощупь.
Холодные капли больно хлестали по лицу. Левая рука почти полностью онемела и веревкой болталась под порывами ветра.
Туда совершенно точно не следует идти. В той стороне мы не найдем ничего кроме смерти. Я был уверен в этом на сто процентов, но всё равно шел. Бежал.
Вот уже показались машины. Два джипа и фургон. Свет фар выцеплял силуэты людей. Все они смотрели, как буйствует огонь. Двухэтажное здание приюта горело. Из окон второго этажа лезли вихри пламени, из нижних валил дым.
Сэл заурчала и ускорилась. Я пытался за ней угнаться, но расстояние между нами лишь нарастало.
Один из силуэтов, тот, что был в плаще, толкнул вперед тонкую женскую фигурку.
— Сюда! — замахала рукой Сэл.
Элпис бежала к нам навстречу, неловко прихрамывая на одну ногу. Ветер швырял подол ее платья из стороны в сторону, волосы лезли в глаза. А она улыбалась. Надежда вытесняла темную пелену страха. Спасение здесь, уже рядом. Еще несколько шажков.
Наемники подняли автоматы. Прицелились.
Элпис была на пять лет старше нас. Когда мы впервые встретились, ей было шестнадцать. Столько, сколько нам сейчас. Брошенная девочка, избравшая своей целью спасти всех детей пустоши.
Всех, может, и не получилось, но два десятка жизней она точно сохранила. Подбирала больных, никому не нужных, кормила, лечила. Кто-то уходил, только встав на ноги, кто-то оставался.
Но Элпи никогда не прекращала поиски. Вооружившись рюкзачком в форме головы единорога, она каждый день выходила в мир.
Пуля пролетела сквозь ее худенькое тельце так легкомысленно, будто и не заметив, что оборвала чью-то жизнь. Не замедлилась, не изменила траекторию. Раз — и всё. Хрупкая фигурка просто споткнулась и медленно, будто осенний лист, прильнула к рукам Сэл. Улыбка так и осталась на ее лице. А остекленевшие глаза продолжили с надеждой взирать в черную пучину неба.
— Кусь! — Сэл затрясла ее за плечи. — Скажи, где Кусь!
Я прыгнул, и вместе с сестрой мы покатились прочь с центра дороги. По тому месту, где она только что сидела, ударило сразу несколько автоматных очередей.
Укрывшись от огня за бетонными кольцами фонтана, мы переглянулись.
— Вот ведь придурошная, да? — возмутилась Сэл. — Померла и даже не сказала, где Куся искать.
— Чего? — ясхватил ее за ворот футболки, не дав высунуть голову под автоматный огонь. — Я думал, ты ее спасти хотела.
Сверху посыпалась каменная крошка.
— Да мне пофиг на человеков, — ответила Сэл. — Главное — Кусь.
— Ты ради кошака пришла?!
— Да! Кошак один. Другого такого не найти.
«Ради кошака», — повторил я про себя.
Нет, Куся я, конечно, уважал, но скорее как воина. Эта адская машина могла в секунду превратить человеческую голову в кровавое месиво. Мы частенько брали его на вылазки, внезапной атаки сверху не ожидает практически никто. Но ради него лезть в капкан?
От фонтана отлетали куски, падали под ноги. Долго мы так не протянем. А наёмники далеко, хаорой до них не достанешь. Моей не достанешь, а вот Сэл…
— Взорви их! — крикнул я.
— Не-а. Если Кусь у них в заложниках, он пострадает. Лучше расскажи, как бросать файрболы.
— Я уже говорил. Нет никаких файрболов! Огонь не может просто так лететь по воздуху. Взрывай! Никто не будет брать кота в заложники.
Неподалеку грохнул взрыв. Не наш.
— Нет, — упёрлась Сэл. — Это ты думаешь, что не будут, но вероятность ненулевая. Я бы взяла.
Спорить тут бесполезно.
— Тогда заморозь!
— Как?
И я сказал ей, как. Затем уточнил, что морозить нужно именно людей. Когда хаора проходит сквозь плотную материю, сквозь человеческое тело или стены, это хорошо чувствуется. Количество «ёжиков» повышается, и участки хаоры окрашиваются как бы в «белый шум». Но лекцию Сэл не дослушала, зажмурилась и сразу же сказала: «Готово».
Стрельба и правда прекратилась. Я выждал несколько секунд, уже было поверил, что опасность миновала, как под ноги нам упала граната.