Даже страшно. Что тогда начнется! Что мы обычно думаем? Ну, как. Поесть, поспать, потрахаться, завидуем, издеваемся, ругаемся. А уж отношения между полами, - это вообще конец. Кто бы стал рожать детей от самцов, которые не могут пропустить ни одну задницу, а о тебе думают черти что, и скорее всего матом.
Да, не готовы. Мы лишком агрессивны. Слишком злобны.
А сколько еще они пооткрывали. Подводная наука. Столько накоплено открытий. Все это пропадает всуе... мы все не отрываемся от своих кошелок... и мошонок...
Болезней нет. Управление погодой. Почти все можно было бы лечить.
А зачем? Чтобы земля была переполнена? Кем? Идиотами? Дураками? Злобными, жадными, тупыми баранами, которые кроме... ничего не могут?
Человек потерялся в своих инстинктах. Он потерял, вернее, не приобрел еще способность мыслить и отделять то, что он мыслит, от того, что он рефлексирует.
Рефлексы. Запреты.
Войны. И идут войны. Чтобы освободить землю... Потому что ресурсов мало. На всех идиотов не хватает.
Первый раз в Париж я попала случайно. Не то, чтобы я проснулась в Париже и не помнила, как я туда попала.
Совершенно случайно в газете, неизвестно откуда взявшейся, потому что газет я не читаю уже очень давно, мне попалось на глаза маленькое объявление.
В здании театра проводят отбор предметов старинного и современного искусства парижский аукцион друо
Я взяла несколько своих маленьких натюрмортов и пошла. Терять мне было нечего, натюрморты я взяла без рам, буквально подмышку. Я специально их делала такими маленькими - 30 на 40, думая поехать самой в германию по галереям, и предложить там хоть что-то на продажу. И, чтобы было не очень тяжело, я стала делать небольшие работы, которые я способна была увезти без надрыва.
Я пришла, очень стеснялась, что в джинсовой юбке и обычной желтой майке. Эксперты были солидные. Один из них, как я потом узнала - Пьер Жибуар, в пиджаке из синего мятого шелка - дело было летом - вдруг быстро что-то заворковал. Он бегал от стола к столу с моей картиной, за которыми расположились владельцы товара с французскими экспертами. Двое встали, оставив своих клиентов, и подошли к моему столу.
Экспертиза проводилась бесплатно, бесплатно для владельцев. Какой-то наш аукционный дом, пригласил к сотрудничеству Друо, чтобы провести совместный аукцион в Москве.
И вот, эти эксперты собрались возле стола, за которым сидела я и девушка - переводчица, и были разложены мои маленькие - сорок на тридцать - натюрморты, вылизанные, как лаковые картинки.
- Это ваши работы? - перевела мне, наконец, переводчица в белой шелковой блузке.
Молоденькая девушка не очень напрягалась сообщить, о чем они там между собой расшумелись, считая, видимо, своей работой переводить для них, а не для пришедших сюда русских.
- Мои.
- Это не старинные картины?
- Нет, что вы, это мои работы.
- А вы уверены, что сможете все это вывезти из страны?
- Да я тут даром никому не нужна.
- Что это значит? Можете вывезти, или нет?
- Значит, что вывезу, и бесплатно, как художник и автор - беспошлинно.
- В таком случае, - очаровательно улыбнулся француз, - вот вам визитка, Привозите в Париж, мы поможем вам.
Он протянул мне кусочек картона, я повертела его в руках. Улыбнулась. Хотелось спросить, а может, вы прямо сейчас возьмете их с собой и продадите? Или - а кроме визитки вы мне дорогу не оплатите?
Был 1992 год. Доллар к рублю был невероятно высок. Даже, если менять все что было, собиралось по десять, пять долларов. Как ехать - тоже был вопрос.
Да, это было очень тогда болезненное для меня дело. В тот момент я заплатила полную стоимость за трехкомнатный кооператив, и ждала, когда мне поднесут мою квартиру на тарелочке с голубой каемочкой. Я считала, что я могу попробовать продавать не только стоя на улицах, но и пристроится в какую-то солидную галерею и перестать быть уличным художником. Слишком рискованный был заработок - то покупают, то не покупают, то дождь, то холодно. Стоять на улице, постоянно таскать картины в рамах - это было так... Таскать, неизвестно, порой, зачем. Иногда за весь день никто даже не спрашивал, что это такое. И почем.
И тут вдруг Друо.
Умерла мать. Квартира - как выяснилось - приказала долго жить - канула в лету надежда, что можно получить оплаченную квартиру, или забрать деньги. Все вдруг изменилось. Крах ожиданий и надежд.
И вот, я стала искать, для начала, самую дешевую путевку в Париж. Турфирм было тогда много. Но в Париж почти ничего не предлагалась. Но вот! Автобусный тур в Париж! 190 долларов. Нужно было что-то делать. Даты были вполне подходящими. Ноябрь. Я заплатила за путевку.
Но нужно было напомнить о себе в Париже. Тогда телефонные разговоры с Парижем нужно было заказывать. Дочка была со мной. Ей было тогда 6 лет. Я оживленно репетировала перед ней, что я скажу Пьеру.
И вот звонок.
- Мэй я спик с Пьером жибуаром.
Ответ я не очень разобрала, но трубку не опустили. Да это было очень смешно и очень волнительно - звонить куда-то, не зная французского и с трудом складывая английский слова.
- Ви- послышалось в трубке.
