Селф-терапия. Разбуди Внутреннего Ребенка полностью

Затем спросите изгнанника, чувствует ли он, что вы понимаете, как тяжело ему было. Это ключевой вопрос. Перед тем как переходить к следующему терапевтическому этапу, изгнанник должен не только рассказать свою историю, но и принять тот факт, что о его страданиях действительно узнали и услышали. Если он не чувствует вашего понимания, спросите, хочет ли он показать вам что-то еще или он просто не верит, что вы действительно ему сопереживаете.

Возможно, изгнаннику вообще сложно поверить в то, что хоть кто-то может понять, через что ему пришлось пройти. Или ему тяжело доверять кому-то. В таком случае изучите, какие события из детства повлияли на его недоверие к людям сейчас, и посочувствуйте ему. Кроме того, поясните ему, что конкретно в его переживаниях вам понятно. Конечно, может быть и так, что вы не находитесь в пространстве «Я» и недостаточно сострадаете боли изгнанника. В таком случае вам нужно отделиться от блокирующей вас обеспокоенной части, полностью открываясь изгнаннику, и тогда он почувствует себя услышанным.

Есть ряд важных преимуществ, которые приносит процесс наблюдения.

1. Он открывает доступ к скрытым воспоминаниям и позволяет их исцелить. Если изгнанник и его воспоминания глубоко похоронены в психике, полное исцеление невозможно. Раненой части нужен дневной свет. Если вы воспринимаете воспоминание чисто интеллектуально, то, вероятно, это не приведет к исцелению. Воспоминание должно быть проработано эмоционально и интеллектуально, чтобы оно было прочувствовано и понято. Однако это не означает, что вы должны испытывать эмоции изгнанника. Обычно достаточно того, что он их испытывает, о чем говорилось в предыдущей главе.

2. Воспоминание перерабатывается под руководством и при поддержке «Я» так, чтобы опыт был завершен и интегрирован, а реакция психологического стресса прошла, о чем мы и говорили ранее.

3. «Я» необходимо полностью понять изгнанника. Есть существенная разница между тем, что случилось в действительности, и тем, что изгнанник испытывает сейчас, когда вновь проживает это воспоминание и делится им. Теперь изгнанник не один. Исходное событие пережить было намного сложнее, ведь изгнаннику приходилось справляться в одиночку, не встречая поддержки и сочувствия ни у одной живой души. Мне приходится слышать это от изгнанников все время: они чувствуют себя очень одинокими и не могут ни с кем поделиться своим опытом. Теперь в терапевтической сессии «Я» готово стать свидетелем этого опыта и предоставить поддержку. Это оказывает целебное действие на изгнанника и укрепляет связь между ним и «Я», что создает необходимые условия для дальнейшего исцеления с помощью «Я» по мере прохождения шагов ВСС.

«Я» становится свидетелем детского воспоминания

«Я» видит стыд Маленького мальчика в первоначальной ситуации. В этот раз мальчик не чувствует себя одиноким, поскольку у него есть связь с «Я».

4. Изгнанник понимает, что бремя, которое он несет, родом из прошлого и не присуще ему изначально. Например, детская часть, чувствующая свою никчемность, узнает, что так ей приходилось себя чувствовать в своей семье. Таким образом она видит, что ее чувство никчемности не истинно; это ноша, которую она взвалила на себя в детстве и которая на самом деле ей не принадлежит. Поэтому бремя можно снять, и тогда она почувствует свою подлинную ценность.

Изгнанники – не единственные части, несущие груз мучительных детских переживаний. То же самое касается и защитников. Когда в детстве происходит что-то болезненное или травмирующее, изгнанник берет на себя ношу боли, а защитник зачастую берет на себя обязанность эту боль предотвращать. Его цель состоит в том, чтобы не позволить этому случиться снова или не допустить того, чтобы вас переполнило страдание. Роль защитника и есть его бремя в отличие от изгнанника, чье бремя – боль (или негативное убеждение). Важно отметить, что не все роли защитников восходят к моменту детской эмоциональной травмы; некоторые появляются позже. Например, интеллектуальная часть может развиться годами позже, и ее задача в том, чтобы оградить вас от любой эмоциональной боли. Однако многие защитники несут бремя, непосредственно связанное с первоначальной раной, нанесенной в детстве, поэтому бывает полезно увидеть, откуда взялась их ноша. Во всем остальном вы работаете с обоими типами защитников одинаково.