Кирилл молниеносно вытянул руку из штанов и сел нормально, поправил ширинку.
— Прикольно, — согласился Егор, и в его голосе Кириллу послышалась огромная любовь к младшему брату, позволявшая не ругать его за перелом, не отчитывать за пережитые волнения, и за то, что скоро за поездку придётся расплачиваться собственным телом, как кабальному рабу. Егор и здесь вёл себя как взрослый ответственный глава семейства.
— А теперь давай, садись в машину, — добавил он, подводя к «Пассату», — и аккуратнее.
Но мальчик остановился, выпучив глаза.
— Ого, какая тачка! — он не послушался и с чисто детским любопытством обежал машину. — «Фольксваген Пассат»! Вот это да!
— Садись, — подогнал Егор и бросил извиняющийся взгляд на Кирилла. Он явно не вводил брата в курс дела о водителе и назначенной им цене, поэтому Андрей вёл себя раскованно. Калякина это устраивало. Он опустил стекло.
— Привет, малой! Давай, залезай. Руку только смотри не повреди.
— Привет, — откликнулся Андрей, не стесняясь рассматривать его. Егор открыл перед ним заднюю левую дверь.
— Садись, нам ещё в лагерь ехать. Времени два часа ночи.
Кирилл взглянул на часы — всё верно. Андрей уже залез в машину, переместился на правую сторону, а Егор, к сожалению, устроился рядом с ним, пакет бросил под ноги. В жёлтом свете загоревшейся при открытии двери лампочки Кирилл увидел, что братья не так сильно похожи на лицо, как по телосложению. Егор походил на мать, а Андрюшка тогда — на отца?
— Как руку умудрился сломать, малой? — спросил Кирилл до нельзя весело и дружелюбно: подружиться с младшим братишкой входило в план покорения старшего Рахманова.
Егор закрыл дверь, лампочка погасла, разноцветными огоньками подсвечивалась панель приборов. Калякин завёл мотор, глянул в зеркало заднего вида на дорогу и на Егора, и сдвинул машину с места.
— В пионерлагерь, — попросил Егор.
— Сделаем! — сообщил Кирилл. — Как называется?
— «Ёлочки», база отдыха.
Кирилл повторил название навигатору, тот быстро выстроил маршрут. Андрей просунулся между передними сиденьями и с любопытством следил за чудом техники, понимающим человеческую речь. Да и у Егора, как подозревал Кирилл, это вызвало не меньший интерес, просто он умел скрывать лишние эмоции.
— Да так… с лесенки упал. С пацанами соревновались, — очень запоздало ответил Андрюшка, наверно, решал, стоит ли незнакомый чувак за рулём доверия.
— Соревновались, кто больше костей переломает?
Андрей рассмеялся и спросил у брата:
— А кто он такой?
Ничуть не стесняясь присутствия человека, о котором спрашивает. Да, характеры у ребят тоже разные. Егор устремил взгляд в зеркало заднего вида, Кирилл тоже смотрел туда. Их глаза встретились.
— Я — Кирилл, — Калякин обернулся и протянул руку, не забывая следить за испещрённой ямами дорогой и вовремя выворачивать руль. Андрюшка коротко пожал ладонь здоровой левой рукой. Он был рад, даже горд знакомством. Егор тут же добавил:
— Кирилл приехал на лето в нашу деревню, живёт в доме бабы Нюры.
— Здорово, — отозвался Андрей, хотя его брат считал совершенно противоположное. Кирилл опять посмотрел на него через зеркало, гадая, думает ли Егор, глядя ему в затылок, о сексе. Наверняка думает, и наверняка это его тревожит.
До «Ёлочек» было всего семь километров. По безлюдным улицам они быстро пересекли посёлок и по асфальтовому покрытию въехали в хвойный лесок, который несомненно и дал название базе отдыха. Вокруг было темно, но над металлическими, покрашенными зелёной краской воротами горели два фонаря, ещё несколько светили на территории. Когда остановилась машина из-под забора выскочили две шавки и принялись тявкать.
— Жутковатое местечко для детей, — констатировал Кирилл.
— Сойдёт, — с царской снисходительностью протянул Андрей. Егор уже выходил.
— А как ты пойдёшь? — открыв дверцу, спросил, перекрикивая дворняжек, Кирилл, — Ворота закрыты, все спят. Утра не надо дождаться?
— Позвоню воспитательнице, она вынесет вещи.
Егор отошёл к воротам и, переминаясь с ноги на ногу, кружа на одном месте, стал звонить, фигура отбрасывала две постоянно движущиеся тени. В тонкой футболке с глубоким вырезом ему было холодно, он потирал ладонью свободной руки предплечье другой.
— Ох и проблем ты брату доставил, — укоризненно проговорил Кирилл и тоже выскользнул из машины в прохладную ночь. Ему хотелось согреть Егора, подойдя сзади, обняв, взяв его ладони в свои, прижав к себе всем телом. С любой девкой бы такой номер вышел, будь она даже чужой девкой, а Егор такое фамильярство не позволит. К тому же на глазах у посторонних.
Природа здесь была потрясающая. Лучше, чем в Островке. Звуки леса, вкусный хвойный воздух, ароматы трав — сюда стоило приехать только за этим.
Егор уже отзвонился. И третьим к ним подбежал Андрюшка, весёлый, будто в гипсе золото-брильянты, а не сломанные кости. Для него всё случившееся было приключением.
— Сидел бы в машине, — сказал ему Егор.
— Не-а, я воздухом подышать хочу. Егор, я по тебе соскучился! И по маме тоже!
— Мама не спит, волнуется, — укорил Егор.
— Я же не специально! Я тебе всё равно помогать буду!