Зарядов к АГСу не осталось, его разобрали и попрятали части по разным местам. Накрылся ствол у одного пулемета, а сменного у нас не было. Патронов к оставшемуся пулемету и автоматам по-прежнему было навалом, ручных гранат тоже много, плюс захваченный гранатомет, правда, с одной гранатой. Но вот люди...
В конечном счете противник оставил в зоне видимости на подступах около тридцати трупов, наверняка были и еще, плюс раненые. У нас - двое убитых и шесть раненых, из которых смерть смотрела в глаза еще двоим. Так нас осталось восемь здоровых, трое легко и трое тяжело раненых. Солдат, раненых в первый день штурма, я поставил в тот самый злополучный крайний окоп на склоне, казавшийся таким безопасным, но ставший могилой обоим...
Сидя на корточках в расстрелянном окопе, я крутил в пальцах автоматную гильзу и раздумывал: отводить все посты на основную или продолжать отбиваться на подступах. Сашка растолковал мою задумчивость по-своему и сказал успокаивающе:
- Да не казни ты себя, кто же знал, что порвется там, где крепко?
- Рвется, Саня, всегда там, где тонко. Я был обязан знать и предвидеть, а получилось - угадывал, да и облaжался. Ладно, ребят не вернуть, подступов не удержать. Все, вали к старшине, пусть отходит на основную.
Вернулись люди с дороги и тропы, рассредоточились по площадке, в огневых точках у самого жилого модуля, но так, чтоб поближе друг к другу. Старшина против такого перемещения не возражал, глянул только в глаза тоскливо и сказал тихонько, чтоб солдаты не слышали:
- Не сдюжим мы, командир. Может, их и не батальон, но уж больно много. А, ладно! Постреляем, сколько успеем.
Я только вздохнул:
- Подержимся, они уже второй день давят, торопятся. Видать, одна у них дорога - ни назад, ни в сторону, только через нас.
Мы еще раз прикинули, что знаем о противнике. Гранатометов у них было четыре, три уже у нас, но заряжен только один, а у нас гранат к нему нет. Пулеметов осталось два, третий - дрянь, итальянского производства, с полупустой патронной лентой, тоже у нас. Долго использовать его не удастся, наши патроны к нему не подходят, ленту добьем - и об угол. Миномет молчит: либо выведен из строя расчетом АГСа, либо нет зарядов. Судя по всему, первоначальный состав группы противника был сто - сто двадцать человек. Я и не представлял, что возможно собрать такую ораву, по сути даже не банду, а организованное армейское подразделение. Уложили мы примерно половину, но осталось еще много, ох как много!..
Подошел Сашка, глянул виновато:
- Умер один с тропы, так в сознание и не пришел. Второй тоже без сознания, вот-вот уйдет, ничего мы не сможем. Раны у обоих тяжкие, похоже, срикошетившими пулями - все внутренности в клочья.
Я только выругался, раны ребят я и сам видел. Старшина скрипнул зубами и спросил:
- Как остальные, стрелять могут?
Мы с Сашкой кивнули. Помолчав, Сашка сказал с горечью:
- Черт, неужели соседи не слышат, что у нас творится?
Я пожал плечами, а старшина ответил:
- Ты же слышишь, что везде тихо, может, основные силы на операции, может, еще что.
Стараясь не думать ни о чем, кроме предстоящей атаки, мы разошлись по позициям. Я лег в ближнем к выходу на дорогу, плохоньком - широком и мелком - окопе. Пристроился к непривычному итальянскому пулемету, переложил поближе автомат и пару гранат, рядом повозился и затих Сашка, сзади послышался рык старшины, урезонивавшего кого-то из перебегающих солдат. За нашей спиной был проход на перевал, столь необходимый духам и такой ненужный нам...
Большая группа духов высыпалась в зону видимости со стороны дороги, как черти из мешка. Не отвечая на выстрелы, одолев треть разделявшего нас расстояния, они начали рассредоточиваться по площадке, грамотно выбирали укрытия, падали за них и только тогда открывали огонь. Началась перестрелка. Я выловил прицелом зазевавшуюся тройку и нажал на спуск. "Итальяшка" забился в моих руках, словно отказываясь стрелять по своим бывшим хозяевам. Один дух проскочил, второй молчком ткнулся в землю, третий упал и начал крутиться, дико визжа. Сашка прицелился, выпустил короткой очередью остатки магазина, и он затих. Пока мы отвлеклись на перебегающих, двое духов подобравшихся к нам непростительно близко вскочили и побежали вперед, замахиваясь гранатами, остальные длинно застрочили по соседним окопам, прикрывая.