Оставшись одни, мы собрались и привели в порядок место стоянки, продолжая глазеть по сторонам. Время шло к вечеру, вокруг и в эфире все было спокойно. Неожиданно примерно в паре километров от нас бахнул взрыв. Мы переглянулись и посмотрели на радиостанцию, словно ждали немедленных объяснений. Станция молчала, зато с той же стороны взвыли АКМы, стволов пять, длинными очередями, затем еще раз рвануло, но пальба не утихала. Над сопками поднялся столб черного дыма. По станции несколько групп вызывали штаб, докладывая о стрельбе, я тоже отозвался. Репнин сказал, что перестрелку ведут армейцы, патрульное отделение, которое наткнулось на последнего дезертира, поэтому мы не слышим их на своих частотах. Затем дал добро всем группам на выдвижение к месту стычки, туда же направились армейские патрули. Уже на бегу я попросил его связаться с нашей машиной и наказать ребятам, чтоб забрали вещи и "Фару" из ДОТа. Пробежали мы всего полдороги, как у меня ни с того, ни с сего онемела нога. После последней контузии такое случалось часто, неожиданно и всегда невовремя. Ребята сбавили темп и поснимали с меня все снаряжение, включая ремень с кобурой. Держась за плечо Андрея и нещадно матерясь, я попытался увеличить скорость, но ничего не вышло, мышцы просто отказывались подчиняться. Мы вскарабкались на сопку, с которой видно было все происходящее, залегли и принялись разбираться в ситуации.
На дороге горел транспортный ЗИЛ-130, присев на пробитых скатах. Укрывшись за ним, трое вели бестолковый огонь вверх по склону, попусту тратя патроны. Четвертый, белея повязкой на ноге, бинтовал грудь еще одному. По ним коротко бил один ствол, не позволяя покинуть ставшее опасным укрытие. В прицел было хорошо видно неподвижно лежащего чуть выше по склону сопки солдата и два тела на дороге, у небольшой воронки перед горящим грузовиком. Из восьми человек боеспособны трое, плохо. Я попытался рассмотреть стрелка на склоне напротив, но его скрывали кусты. Лежащий рядом Леха опустил бинокль и сказал:
- Плохую этот гад позицию выбрал, некуда ему оттуда деться. Сопка невысокая и торчит, как шишка на ровном месте. Помнится, там траншеи нарыты, но ДОТа нет. Мы с Андреем двинем в обход, на левую высотку, зайдем ему за спину и оттуда постреляем, отвлечем. Армейцы если не дураки, переместятся куда получше, а ты к ним выйдешь. Там, глядишь, кто еще из наших подтянется, растянем его на три-четыре стороны, а дальше разберемся. Как план?
Я согласился, предупредил, чтобы не совались близко, и отпустил ребят. Через некоторое время скорыми одиночными выстрелами застучали их автоматы. Я разглядел их в прицел, успокоился - позицию они выбрали отлично, в длинной заросшей траншее на соседней сопке. Вдвоем они имели прекрасную возможность скрытно перемещаться по ней, серьезно беспокоя противника и оставаясь в безопасности. Дезертир развернулся и открыл огонь по ним. Армейцы подхватили раненых и бегом кинулись за ближайший взгорок. Ребята на короткое время усилили огонь, отвлекая внимание на себя, а затем попрятались, стрельба стихла. Я хромая поплелся к армейцам. Добравшись до безопасного места, они опять открыли огонь. Когда я вышел к ним, двое продолжали стрелять в белый свет, а один менял повязку раненому в грудь. Второй раненый набивал магазины патронами.
- А ну, хорош заряды без толку тратить! - окликнул я солдат. Они оглянулись очумело и подошли ко мне.
- Где ваш офицер?
- На дороге остался, наповал его, вместе с водителем. И сержант там же, - ответил один из них. Сбивчиво они пересказали мне, что произошло. Они ехали на машине, осматривая местность и увидели прямо на дороге лежащий автомат. Старший группы, капитан, вместе с водителем вышли и подняли его, а под автоматом лежала граната без кольца. Оба, очевидно, растерялись и не успели отскочить, взрыв положил обоих. Когда ошалевшие бойцы кинулись к ним, дезертир открыл огонь из ручного пулемета. Сержант попробовал перебежать выше по склону за бугорок, но его достала очередь.
- У вас снайперка, может, сможете его достать отсюда? - спросил раненый.
- Снять его не проблема и из автомата, живым возьмем, куда ему деваться? Сейчас еще наши группы подойдут, да ваш резерв подтянется, возьмем в кольцо и все. Патроны-то у него не вечные, кончатся скоро, тогда и сдастся.
- Не сдастся он, вон чего натворил...