- Не будут они нападать. Если пойдет закрытая машина, в которой будет один водитель - будут тормозить, стрелять сразу точно не начнут - им ведь неизвестно, есть кто-то в кузове или нет, так что постараются сначала взять водителя и только потом приступят к ликвидации - и то, если приступят.
- Михалыч, а вот здесь ты прав, водителя они брать будут - на безрыбье и рак рыба, а на безрачье и рыба раком станет.
- Тогда предлагаю дубль два. Если немцы сидят в засаде, то в момент остановки грузовика будут наблюдать за ним во все глаза. Отлично. Если опять сработать "Вьюшкой"?
- Можно, но зависит от того, насколько далеко от дороги они будут. Если дальше, чем метрах в десяти - может сорваться.
- Тогда нам нужно сделать так, чтобы не сорвалось - надо, чтобы немцы были у дороги.
- А как?
- Есть другой вариант, - похоже, Игорю опять пришла в голову какая-то штука. У "Вьюшки" световой эффект в темноте выше на порядок, значит, нужно ехать, когда уже стемнеет - немцы, кстати, волей-неволей при таком раскладе ближе к дороге сядут - ПНВ у них всяко нету.
- А сроки? Ей же сказали - в течение суток!
- А она и позвонит в течение суток - ночью суток еще не пройдет. Но я бы предложил, чтобы сейчас тоже позвонила - мол, машина пойдет за продуктами для беженцев, повар с базы сказал, а какая - пока неизвестно, может, кого из беженцев пошлют, а может, с базы водителя отправят, если хотите, чтобы позвонила, когда машина пойдет - дайте с ребенком поговорить, убедиться, что дочка жива.
- В целом - принимается. Осталось два вопроса: что делать с группой прикрытия, а что - с радистом?
- С группой? Они, как взрывы услышат, пойдут к своим - не сразу, но пойдут. Раз ночь - пойдут вдоль дороги, скакать по лесу в темноте они не смогут. А у нас что есть? У нас есть ПНВ. А у них ПНВ нет. Выделим человек десять - пока будем с радистом разбираться и с засадой, они вернутся обратно и вдоль дороги на обочине залягут - по пять человек с одной стороны, по пять - с другой. Как только видят кого-то - сразу огонь на поражение, без разговоров.
- А радист?
- С радистом сложнее.
- Так. Стоп. Мы еще не узнали, кто у нас "везунчик" - ну, тот, о которого Гриша клешню повредил. Да и с "первенцем" можно плотнее поработать насчет того, какой такой Сухов - в смысле, кто у них там радистом трудится. Глядишь, чего и выйдет - до вечера у нас все равно время есть.
- Все это, конечно, хорошо, вот только у меня десятка ПНВ нет, - решил огорчить нас Старый, - так что давайте как-то по-другому с группой прикрытия решать.
- Ну, это даже не вопрос, - выручил нас особист, - дадим, конечно, на благое дело. У нас они есть, только твои-то как, ими хоть раз пользовались?
- Научатся. У вас тут тир есть закрытый?
- Тир? Тира нет. А вот свет на втором подземном этаже выключить можно, так что потренироваться на кошках возможность будет. Ты-то сам как, владеешь?
- Пользовался, было дело.
- Значит, решили. Андрей, мы с тобой и Володей займемся "первенцем", а со вторым пусть опера поработают - в игры с соцзаконностью можно не играть, не тот случай.
- А что там, кстати, с "привлеченными" и Зазой?
- Да ничего. Вечером машина должна подойти, из военкомата, мужиков из беженцев забрать - и этих им сдадим, дело им найдут.
- Зазу пока оставьте. Он нам для работы с немцем пригодится. - Гриша явно замыслил что-то недоброе. - Я ему, мля, такое Гуантанамо организую - век будет помнить. Так, коллега, - обратился он к особисту, - а как бы нам тет-а-тет пообщаться?
- Легко, - особист расплылся в улыбке до ушей. Слова о "Гуантанамо", похоже, ему понравились.
До отъезда на операцию решили провести над пленными немцами еще один психологический эксперимент. Взяли их с собой на ужин, который на этот раз был значительно вкуснее, чем завтрак и обед - видимо, все-таки пошевелились снабженцы - не знаю, наши или белорусские, хотя похоже, что разница постепенно стирается - вроде уже действует объединенное российско-украинско-белорусское командование. Ужин по нашей просьбе в термосах принесли в наш "гостевой домик", туда же привели немцев, с которых даже сняли наручники. Несмотря на их диверсионную подготовку, выходок с их стороны мы не опасались - единственное, что пришлось сделать в процессе подготовки к опыту - убрать из кухни домика микроволновку - ее наличие могло вызывать у "первенца" абсолютно ненужные вопросы. А смысл опыта заключался в том, что ужинали мы в комнате, в которой был телевизор - точнее, не телевизор, а плазменная панель. А по телевизору шли новости, которые немцы, вместе с нами поглощавшие картофельное пюре с гуляшом, внимательно смотрели. О том, что такое телевизионные передачи, "первенец" знал - сказывался все-таки образовательный уровень - но вот то, что они были такого качества, в цвете и со звуком... М-да, немцы были просто потрясены. К нашему удивлению, до "новостей" показывали очередную серию "Братанов" - правда, уже самый конец, ничего нового для пленных там не было - разве что непривычные для них прически части персонажей. А вот новости...
