"Семь долин" Бахауллы можно считать вершинным достижением мистической литературы. Это глубокое эссе написано в ответ на вопросы шейха Мухиддина, судьи из города Ханакин, расположенного близ границы с Ираном северо-восточнее Багдада. Очевидно, судья изучал суфийскую философию, разновидность мистицизма, ставшую самостоятельным направлением в исламе.
Цель суфия - достичь Присутствия Бога через медитацию и молитву, созерцание и экстаз. Для объяснения стадий духовного развития была разработана особая терминология. Некоторые суфии разделяли учение о том, что Бога можно постичь непосредственно, без помощи Мухаммада или других Пророков. Этот взгляд логически вел к умозаключению о свободе суфиев от законов веры и о том, что они, в отличие от непосвященных, могут успешно руководствоваться совестью. Величайшие из мистиков Ирана Джалаладдин Руми и Абу Хамид ал-Газали оспаривали это учение, утверждая, что только через послушание Божьим законам, открытым Его Посланниками, можно достичь Божественного Присутствия.
Шейх Мухиддин был, несомненно, хорошо знаком с произведениями Фаридаддина Аттара, персидского суфия XII в. Наиболее ценная работа Аттара - "Мантик ат-тайр", или "Беседа птиц". В ней путешествие души лежит через семь долин - поиска, любви, познания, отрешения, единения, удивления и уничтожения. Бахаулла использует сходную, хотя и не тождественную схему в Своих написанных на фарси "Семи долинах", живописующих семь стадий движения души к цели своего бытия. Бахаулла создал это произведение после возвращения в Багдад из горной местности близ Сулеймании. Тема произведения по существу не ограничена во времени и пространстве: это внутренние истины Веры. Во всех сложившихся религиях духовные реальности едины, они и составляют основу веры. Таков смысл возвещенного Бахауллой относительно Его Веры: "Сие есть неизменная Вера в Бога, вечная от века и во веки веков".
"Четыре долины" - Послание, написанное в Багдаде после составления "Семи долин", обращено к ученому шейху Абд ар-Рахману из Киркука, города в иракском Курдистане. Оно указывает четыре пути, на которых можно узреть Невидимого, четыре положения человеческого сердца и четыре рода мистических странников, чающих обрести Желанного, Достохвального, Привлекающего, Возлюбленного. Четыре Божественных состояния даны в следующем стихе из Корана (57:3): "Он есть первый и последний, Явный и Скрытый, и Он о всякой вещи знающ".
Здесь и далее, если особо не оговорено, примечания Р. Гюлика.
Во имя Бога Милостивого, Хвала Богу, что вывел бытие из небытия; начертал на скрижали человека таинства предсуществования; научил его из Книги "Байан" тому, чего тот не ведал; обратил его во Светоносную Книгу для тех, кто уверовал и покорился; побудил его в сей черный и гибельный век свидетельствовать о сотворении всякой вещи и чудным голосом возвещать с вершины вечности в Превосходном Храме [1], дабы всякий человек мог исповедовать в себе и собою на стоянке Явления Господа своего, что, воистину, нет Бога иного, кроме Него, и что всякий человек может обрести свой путь до горних пределов бытия, где при всяком созерцании он видел бы только Бога.
Восхваляю и славлю первое море, что отделилось от океана Божественной Сути, и первую зарю, что воссияла на Небосклоне Единства, и первое солнце, что поднялось на Небе Вечности, и первый огонь, что был зажжен от Лампады Предсуществования в светильнике единственности. Тот, кто в царстве возвышенных был наречен Ахмад, в сонме приближенных - Мухаммад, в обители праведных - Махмуд, "... как бы вы ни звали Его, у Него самые лучшие имена" в сердцах тех, кто ведает [2]. Да будет дому Его и спутникам Его мир обильный, прочный и вечный!
Далее Мы склонили слух к тому, что пел соловей познания на ветвях древа твоего бытия, и узнали, о чем возвещала голубка убежденности из беседки твоего сердца. Воистину, когда Я читал твое послание, Мне казалось, что Я вдыхаю чистые ароматы от одежд твоей любви и пребываю близ тебя. А поскольку заметил Я, что ты упоминаешь о своей смерти в Боге и жизни чрез Него, и о любви своей к любящим Бога, и к Явлениям Имен Его, и к Восходам Его Признаков, - посему раскрою Я тебе святые и блистающие знамения от долин славы, дабы привлечь тебя ко двору святости, близости и красоты, и привести тебя к стоянке, на коей не узришь ты в творении ничего, кроме Лика Возлюбленного тобою, Славного, и постигнешь все сотворенное, как в тот день, о коем нет поминания.
