— Все эти крепкие парни отличаются здоровым аппетитом. — Роден посмотрел на старшего полководца. — Кормить их придется за казенный счет, да еще жалованье выплачивать, а если они погибнут, то содержание их вдовам. Также придется нести расходы по вооружению, снабжению фуражом…
— Вот в таких, как ты, нет ни капли гордости за свою страну и короля! — заорал Роланд. — Жиром заплыл, в купца превратился! Тебя бы ко мне в полк, я бы тебе живо показал фураж!
— Не нужно ссориться, — осадил Роланда Эннобар. — Мы сейчас говорим о том, что война неизбежна. Мы решаем, как войти в нее с максимальной выгодой и минимальными потерями для Тамврота…
— Собрать армию, форсированными темпами перейти границу, ударить по Терифорду и прихватить Бреса за зад в его купальне, — снова влез Роланд, встряхивая своей растрепанной каштановой гривой.
— Лорд Роланд, выбирайте выражения, здесь же присутствует миледи, — проворчал Прент и глухо закашлялся.
— Вижу, и это мне непонятно, — резко ответил Роланд. — Что на военном совете делает женщина? Простите, миледи Воронов, это я не про вас лично, а вообще.
— А вообще, Серые горы могут выставить семьдесят тысяч вооруженных воинов, — ответил Эннобар. — Кого еще, кроме Лирана, вы знаете, кто способен дать нам такое войско?
Миледи мило улыбнулась Роланду в наступившей тишине.
— Кроме того, именно миледи Воронов принесла известия о том, что король Брес активно готовится к войне, — с нажимом произнес Эннобар.
— Откуда же у нее эти известия? — насмешливо спросил Роланд, оценивающе прощупывая глазами фигуру миледи. — Сорока на хвосте принесла? Во всяком случае, лорд-канцлер Горан таких сведений от своих разведчиков не имеет. Он же только недавно приходил к вам с докладом, мой лорд?
— Ворон принес, — вкрадчиво улыбнулась миледи, впервые нарушив молчание.
— Ну как ворону-то не поверить? — фыркнул Роланд. — Например, ваш сын, Гордый Ворон, отличается крайней правдивостью: как из борделя вернется, так всю истину выкладывает, скольких оприходовал да в каких позах.
— Лорд Роланд! — Эннобар побагровел до корней волос. — Либо вы принесете извинения, либо покинете Совет!
— Приношу свои извинения, — сразу прокис Роланд. — Отвык, знаете ли, дело с высокородными миледи иметь. Я все больше с гвардейцами, а с ними лоск быстро осыпается.
— Лорд Роланд, я запрещаю вам говорить до конца собрания, — оборвал его Эннобар.
Теперь настал черед Роланда краснеть и стискивать зубы.
— Я тоже считаю, что надо действовать на опережение, — сказал маршал Рейстед.
У него были жесткие, умные глаза цвета черненой стали и обритый наголо череп с неприятным шрамом слева. Шрам напоминал уродливое пятно проказы — сплошные вздутые рубцы. Такой след на черепе Рейстеда оставила булава противника в одной из приграничных стычек на заре его карьеры. С тех пор волосы с этой стороны не росли, а потому он брил череп наголо.
— Предлагаю голосование.
Эннобар медленно поднял руку вверх. За ним потянулись и остальные. Не подняли руку только казначей и Прент.
— Ты тоже против? — удивился Эннобар.
— Я думаю, что с войной спешить не стоит, пока нет более достоверных известий, — твердо ответил Прент. — Нужны донесения разведчиков.
— Они будут на днях, — процедил сквозь зубы Рейстенд.
— В любом случае мы начинаем подготовку к войне, — заключил Эннобар. — Надо все обсудить детально, а завтра, когда прибудет наш союзник Лиран, уже иметь первоначальный план кампании.
— Мне нужно время, чтобы подсчитать расходы, — произнес Роден.
Эннобар взглянул на него.
— Расходы подсчитаем мы. А ты выдашь деньги. И еще надо заняться общей ревизией. Сколько можно потратить, чтобы страна не обнищала.
— Как повелит мой король, — поклонился Роден, пряча глаза.
Лорна весело шла за госпожой Нонной в покои отца. Ей нечасто доводилось там бывать. Обычно Эннобар сам приходил в детские комнаты, либо они встречались в покоях королевы. То, что ее пышно нарядили и красиво причесали, наполняло сердце Лорны предчувствием какого-то неожиданного праздника.
В комнате, где Эннобар вел личные приемы, Лорна с удивлением увидала семерых мужчин и одну женщину. Некоторых она знала: тут был Гордый Ворон, по которому втайне сохли все высокородные девушки, да и не высокородные тоже, Хранитель Печати, который всегда казался ей очень церемонным и неприступным, Мудрый Ворон, которого она панически боялась, и — тут Лорна весело улыбнулась — Белый Ворон. Тот, кто спас ее в башне и теперь был ее другом. Остальных Лорна не знала, и они все девушке не понравились. Особенно женщина с холодными серыми глазами и красивым, но надменным лицом.
При виде Лорны мужчины почтительно поклонились, а потом выстроились в ряд. Напротив оказались король Эннобар, сидевший в большом кресле, стоявшая миледи Воронов и Хранитель Печати.
Отец протянул ей руку.
— Милая Лорна, подойди ко мне.
Принцесса отвесила всем учтивый и очень изящный поклон, подошла к отцу и взялась обеими руками за его широкую ладонь.
— Дорогая моя, — ласково обратился к ней отец. — Ты же знаешь, что моим лучшим другом был Аодх Ворон?
