Мать Воронов рассмеялась, и смех ее снова зазвучал совсем молодо и звонко. Она велела позвать кормилицу, а потом отправила Ройле за Диким. Тот не заставил себя ждать.
Миледи внимательно рассматривала сына, отмечая, как изменилось выражение его лица и каким властным и самоуверенным стал его взгляд. Что-то новое, темное мелькало в глубине его серых глаз.
– Кто бы мог подумать, что из всех моих сыновей именно ты возьмешь от меня больше всего, – задумчиво сказала она.
– Ну, все ж таки ты мне родная мать, – пожал плечами Дикий.
– Ты прочитал письмо Красного? – спросила миледи. – Верни мне его.
– Да. – Дикий полез в карман и затем протянул матери сложенное письмо. Глаза его неожиданно потеплели, в них появилось почти нежное выражение. – Я так и знал, что этот рыжий негодник убережет свою шкуру. Жаль, что не в ту сторону понесли его ноги, но уж лучше так, чем попасться в руки заплечных дел мастера из Лугайда. Теперь поскорее бы вернуть его домой. Ты напишешь ему, чтобы возвращался?
– Не так просто добраться сюда, – покачала головой миледи. – Ты лучше меня знаешь, что из Приморья в Серые горы можно попасть только через Тамврот, а Брес уж позаботится о том, чтобы нас разделить. Для всех нас наступают тяжелые времена. И нам придется думать, как освободить Тамврот и вернуть трон наследникам Эннобара. Ведь его родная дочь, принцесса Финела, у нас, а все знают, что Эннобар хотел отдать свою дочь за одного из Воронов.
– Но ведь он хотел отдать не Финелу, а Лорну, – удивился Дикий.
– Лорны нет, и, вероятней всего, ее убили вместе с матерью, – резко оборвала сына миледи. – Поэтому законная наследница престола – Финела. А она тут, и с ней вполне можно заключить брачный договор.
– Постой, – нахмурился Дикий. – Но ведь брат пишет, что Рона жива и сейчас сидит с ним за одним столом у Кулена.
– Это ничего не меняет, – еще холодней осекла его миледи. – Рона – дочь от первого брака, и Эннобар не видел ее своей наследницей. Потому, раз Лорны нет, корона переходит именно к Финеле. И я собираюсь обручить ее с Гордым. Тогда у нас появятся законные основания претендовать на Тамврот.
Дикий прошелся по комнате, потирая бороду и морща лоб.
– Пусть так, – пожал он плечами. – Мне-то все равно, кому достанется корона Эннобара.
– Нет, тебе не должно быть все равно, – зло сверкнула глазами миледи. – Потому что ты теперь – лорд Воронов, и благополучие Серых гор зависит от того, кто будет править Тамвротом и оказывать тебе поддержку.
Дикий во все глаза уставился на мать, приоткрыв рот.
– Да, я тоже никогда не думала, что горы выберут именно тебя и именно в тебе громче всего заговорит кровь Аодха, – кивнула миледи. – Но судьба всегда распоряжается по-своему. Думала ли я, рожая семь лет подряд по сыну, что именно шестой Ворон окажется на престоле Твердыни? Нет, наоборот, я никогда не видела в тебе хозяина гор, а теперь вышло так, что кроме тебя и некому.
– Сдается мне, тебе это не очень-то по нутру, – ухмыльнулся Дикий.
– О, отчего же? – ядовито улыбнулась миледи. – Лишь бы это тебе по нутру пришлось. Скажи-ка, кто тебя надоумил привязать к шлему оленьи рога?
– Сам решил, – дернул плечом Дикий. – Вспомнил сказки, которые нянька рассказывала, про Кернунана и Дикую Охоту. Подумал, что так страшнее выйдет. Оно и сработало.
– Еще как сработало! – смеясь, прикусила губы миледи, странно глядя на сына заблестевшими глазами. – В такую ночь, когда духи гор вышли танцевать с бурей, еще бы не сработало.
Дикий потерял терпение.
– Хватит болтать про всякую ерунду. Не желаю слушать твои бабьи пришептывания.
– Не слушай, – согласно кивнула миледи, все еще посмеиваясь. – А я и не скажу, даже если сам придешь спрашивать.
– Лучше разреши мне тоже написать брату, – сменил тему Дикий. – Я скучаю по нему. Сегодня ночью даже приснился мне: стоял по колено в воде и рукой махал, к себе звал.
– Напиши. Ворон отнесет. Но не сразу, ему надо отдохнуть. Как, впрочем, и мне. Убирайся.
Лорелея не знала, чем себя занять. Гордого Ворона она не видела с самого приезда в замок, миледи больше не вызывала ее к себе, а остальные люди почти не замечали. Лорелея ловила на себе настороженные взгляды да кивала в ответ на краткие приветствия. После того как на совете Лорелея несколько часов подряд рассказывала лордам гор о Бресе, его характере и нраве, привычках и планах, армии и вооружении войска, больше ее ни о чем не спрашивали.
Просыпаясь утром, Лорелея шла завтракать в зал, где одиноко сидела в углу стола, а потом либо выходила во двор и гуляла по смотровым площадкам, поражаясь угрюмой красоте вершин и перевалов, либо возвращалась к себе и читала книгу, обнаруженную в шкафу, – легенду о драконе и ратоборце. Легенда изобиловала кровавыми подробностями и заканчивалась очень грустно: победивший дракона герой в конце жизни погибал от рук предателей.
Через несколько дней такой безрадостной жизни Лорелею вдруг позвали к Гордому. Тот встретил ее в своих покоях, одетый в домашнее платье, но зато на ногах.
– Разве тебе не надо лежать в постели? – спросила Лорелея.
